Бывшие. Без срока давности (СИ)

Зато очень четко ощутила, как кровь от его касаний замедлила скорость, с которой неслась по венам, кипя.

— Без суеты. Хорошо? — спросил он, смотря мне в глаза. — У нас все в порядке. Да?

— Да, — шепнула.

Наклонившись, я еще раз поцеловала дочку в лобик, и после этого обессиленно рухнула в кресло, признавая правоту Дементьева.

Нужно было успокоиться. Он — само хладнокровие, только чуть-чуть бледным стал или мне просто показалось.

Не нужно было вести себя так, как я, ведь Яночка и так напугана! В ее круглых темных глазах застыли вопросы, на которые у меня не было ответов. Прости, малышка, прости… Мама не всесильная, мама не знает все, прости!

Секунды стекали по вискам отрезвляющими каплями холодной испарины."

"Мне стало стыдно за свою панику, но она была неконтролируемым приступом страха. Наверное, у всех бывали такие моменты, когда впадаешь в ступор и понимаешь, что это — проигрышная позиция, но ничего не можешь поделать.

Богдан тем временем присел на кровать и протянул нашей дочери ладонь.

— Ты, должно быть, Яна?

— Да, — ответила осторожно.

Слезки повисли на кончиках темных ресниц, но появление мужчины заинтересовало дочурку. Она перестала всхлипывать и будто насторожилась.

— А ты кто?

— Я Богдан.

— Ты врач?

— Не врач, но кое-кто получше, — подмигнул Богдан. — Щекотки боишься?

— Да, боюсь, — улыбнулась дочка.

Дементьев пощекотал пяточки дочери. В другой раз она бы уже закатилась громким-громким смехом и счастливо пищала, но только не сейчас.

Яна пыталась угадать, кто такой Богдан, он осторожно ощупывал ее ножки, спрашивая, чувствует ли что-то она или нет.

Постаралась не падать в очередной темный колодец паники — Яна точно не чувствовала ног.

Кажется, врачи не говорили о возможных осложнениях! Так откуда они взялись. Я была готова рыдать вслух.

— Настя? — позвал Богдан. — Я поздороваюсь с врачом, присмотришь за дочкой?

— Конечно! — мигом присела рядом с ней и на миг коснулась ног Богдана, ведь он вставал.

Мы немного неловко столкнулись друг в другом, воздух всколыхнулся.

— Все плохо? Все очень плохо? — чуть не плача спросила дочка.

Иногда она казалась мне совсем малышкой, но сейчас Яна рассуждала совсем, как взрослая, и понимала, чутко улавливала тревожное настроение.

Богдан бумажную салфетку и осторожно коснулся ее щеки, осушая слезы.

— Ты так и не угадала, кто я. Последняя попытка.

— Не знаю, — совсем огорчилась дочурка.

Мне кажется, она была готова просто разрыдаться, и я чуть было не одернула Богдана, чтобы не дразнил Яну. Он же взял ее ладошку в свои ладони, подержал немного и спросил:

— Ты в чудеса веришь?

— Дед Мороз — ненастоящий! — авторитетно заявила Яна. — Это я давно знаю.

— Я тоже в него никогда не верил, — понизил голос Богдан. — Но есть и другие чудеса.