Мне было 12 лет, я села на велосипед и поехала в школу

Но он утверждал, что это было сделано на скорую руку именно для меня. Все это было таким противным, вонючим, что я поверила ему. Часть тайника, предназначенная для меня, была кое-как выкрашена в ужасный, кричащий желтый цвет, потеки краски показывали, что тот, кто делал эту работу, совершенно не старался. Стены были бетонные, это был старый резервуар для воды.

Меня запрут в этом ужасном погребе. Я помню, как я сказала ему что-то типа: «Да вы смеетесь надо мной! Я же здесь задохнусь!»

Тогда он показал мне свой «супервентилятор». Крошечный вентилятор от компьютера, прикрепленный к потолку: «С ним у тебя все будет в порядке, тебе не будет душно».

"

"Фальшивая двухсоткилограммовая дверь захлопнулась за мной. А я так и не получила ответов на вопросы, которые задавала себе. Почему именно я, почему именно здесь, почему мои родители меня бросили, почему он делает со мной свои «гадости»… Я так плакала, что уже не могла дышать. Мне нужно было как-то устраивать свою жизнь: как мне умываться, как выливать свое гигиеническое ведро, чем занять свое время, как не утратить связь с реальной жизнью. У меня были часы, школьные тетради, мои учебники, шариковые ручки и карандаши, листы бумаги из блокнота и идиотская видеоигра, в которой маленький человечек, прыгающий по камням, собирал монеты.

Он падал на гриб и вырастал, падал на огненный шар и стрелял по огненным шарам. У меня были проблемы с этой игрой, когда я играла в нее у своей подруги. Я никогда не могла пройти даже первый уровень; второй уровень проходил в воде, и я всегда в нем проигрывала. Поэтому я могла лишь по сто раз проходить один и тот же первый уровень… это было бесполезно, и это меня очень нервировало.

Перед тем как оставить меня в этой жуткой норе, он сказал, что пойдет за едой для меня на случай, если ему придется отсутствовать. Пакеты молока, канистры с водой из-под крана, хлеб и консервные банки.

Я не могла представить, что проведу остаток своей жизни в этой крысиной норе, я все-таки надеялась, что мои родители сделают хоть что-нибудь, найдут деньги, потому что таково было условие. Даже если я не знала, как они сумеют раздобыть эту кучу денег. Я не представляла также, что они разыскивают меня как сумасшедшие по всей Бельгии, потому что он говорил, будто они все знали, но не могли или не хотели платить.

Этому чудовищу постепенно удалось заморочить мне голову и убедить меня, что я оказалась покинутой в том месте, под его доброжелательной опекой, а мои родители, будучи информированы о моем положении, должны решить, что же им делать! Медленно, но верно он переходил от «они не смогут заплатить» к фразе «они не могут», а затем и к «они отказываются»… И наконец, он закончил безнадежной фразой: «Твои родители сделали свой выбор.