Мне было 12 лет, я села на велосипед и поехала в школу

Некоторые твердо верили, что следствие было катастрофическим, если не сказать саботируемым, и что «проклятый Д» годами пользовался покровительством власть имущих. Он, в самом деле, назвал кроме хмыря в кепке по фамилии Лельевр и собственной жены Мишель Мартен двух других сообщников: Вайнштейна и Ниуля. Вайнштейн, бывший налетчик, вышедший из французской тюрьмы, обосновался в Бельгии в 1992 году и поселился в шале, расположенном в Жюме. Том самом месте, где были обнаружены тела Ан и Ээфье, усыпленных и зарытых заживо.

Чтобы упростить понимание отношений между двумя мужчинами, скажу лишь, что они крали автомобили.

«Проклятый Д» обвинял другого во всем. Это Вайнштейн хотел ликвидировать девушек, а он сам их лишь усыпил, перед тем как Вайнштейн закопал их живьем. Этот Вайнштейн к настоящему времени был уже мертв. Его тело было обнаружено в Сар-ля-Бюисьер, в саду Дютру, где также находились и две маленькие девочки Жюли и Мелисса. Кто устранил Вайнштейна? Дютру уверял, что он об этом ничего не знает…"

"Другой соучастник, которого он выдал, по фамилии Ниуль, все еще жив, он также участвовал в кражах автомобилей, но Дютру утверждал, что именно ему он должен был передавать свои жертвы, после того как сам ими попользовался.

Он также утверждал, что построил тайник в своем доме в Марсинеле, куда запирал девочек, чтобы было где их держать, пока будущих проституток не передадут в руки Ниуля. Этот Ниуль, судя по данным следователей, на самом деле был жуликом и спекулянтом, но уверял, что никогда не был замешан в педофильной деятельности своего компаньона.

Согласно следователям, взявшим это дело в первые часы, Мишелю Демулену и другим моим настоящим спасителям, эта история не выдерживала никакой критики.

Что же касается меня, выжившего свидетеля, то я могу говорить лишь о том, что мне довелось пережить за эти восемьдесят дней и столько же ночей. Я никогда не видела никого другого, кроме Дютру. Что же касается Лельевра, то он участвовал в моем похищении и от него я слышала, как он бормотал что-то, не вдаваясь в детали и без большого убеждения, подтверждая сценарий извращенца, тот самый сценарий, по которому мой отец причинил зло большому шефу и отказался платить выкуп.

Точка. Ниуль был мне неизвестен. Эта история о шефе была предназначена лишь для того, чтобы устрашить меня, заставить поверить в то, что именно он, Дютру, является моим спасителем, чтобы полностью подчинить меня своей воле, используя страх.

Я бы умерла, если бы отказалась быть изнасилованной, я бы умерла, если бы я производила шум, я была в постоянном ожидании смертного приговора. Но никто никому не предъявлял требований о выкупе, разумеется.