Мне нельзя тебя любить

Но после каждого выхода из клиники Алина снова хваталась за бутылку. До сих пор ничего не изменилось. Алина пьяная каждый день.

— Зачем ты терпел это столько лет? — от ужаса у меня глаза вылезают.

— Я подавал на развод, Алина наглоталась психотропных лекарств и чуть не умерла. Со слезами и на коленях она умоляла не уходить от нее. Тогда я просто забил на Алину и стал жить своей жизнью. В принципе, если так посмотреть, Алина ведь мне не мешала никогда. Ну есть она и есть. Снова на ком-то жениться я не собирался, новых детей не хотел. Так что наличие Алины в статусе моей жены никак не влияло на мою жизнь: с кем хотел встречался, куда хотел ездил. Она не лезла в мою жизнь. Ну а потом я решил пойти на выборы, так что Алина даже пригодилась. Семейные кандидаты внушают народу больше доверия.

Хмыкаю.

— Это не в твой огород камень, — торопливо добавляет. — Ты же сама понимаешь, Ир. Если человек женат, значит, он серьёзен, стабилен и интуитивно вызывает доверие у людей.

— А если девушка почти в тридцать лет не замужем и у нее нет детей, то…

— То она очень избирательна и у нее еще все впереди, — перебивает меня.

Лев поворачивается ко мне лицом и кладёт ладонь на мою щеку.

— Я разведусь с ней, Ир. Я уже сказал ей об этом. Клянусь тебе, я разведусь.

— А если она снова наглотается таблеток?

— Мне все равно.

Лев говорит это с таким чувством, что я понимаю: он не лжёт. Но каждый раз, как я думаю о том, что Быстрицкий женат, ощущение собственного унижения затапливает меня.

— Я никогда не была ничьей любовницей, — произношу севшим голосом. — И я никогда не чувствовала себя так ужасно.

— Ты не любовница, а любимая, — гладит меня по щеке. — Я разведусь, чтобы быть с тобой.

Из лёгких вырывается рваный выдох. Как я хочу, чтобы это оказалось правдой. Как я хочу…

Лев придвигается ко мне ближе и целует. Я по инерции прижимаюсь к нему телом, чувствуя, как таю в его руках.

— Люблю тебя, — шепчет сквозь поцелуй. — Люблю.

И я тебя, мысленно добавляю…

Глава 49.

Ирина

Из постели мы перемещаемся на кухню и быстро что-то готовим. На мне рубашка Льва, на нем одни спортивные штаны. Я чувствую себя героиней романтического фильма, где мой возлюбленный постоянно меня целует и чуть ли не кормит с рук.

— Итак, Ирина Максимовна, — Лев ловким движением усаживает меня к себе на колени. Судя по тому, что он обратился ко мне по имени-отчеству, романтическое кино подошло к концу. — Теперь ваша очередь откровенничать.

— Двадцать девять лет, не замужем, детей нет. Ты все обо мне знаешь! — рапортую.

Быстрицкий громко смеется. Я же интуитивно сжимаюсь. Конечно, глупо было с моей стороны полагать, что Лев не захочет задать мне встречные вопросы.

— Есть кое что еще, что мне интересно.

Закатываю глаза.

— Ну давай, спрашивай.