Мой чужой король

Наша связь не могла пройти бесследно — сейчас я направлена на него, как мох на Север. Нья рассказывала, что настоящее, женское колдовство, которое не имеет отношения к колдуньям, заключается в том, чтобы чувствовать своего мужчину, следовать за ним и уметь как вовремя подтолкнуть к какому-то действию, так и остановить.

Но это не мой мужчина.

Чужой.

И всегда будет таким.

Он видит меня и подбирается будто… Нет дела.

А Торберг Вальсон — теперь уж я запомню имя хозяина Сварры — рассказывает всем о том, что свяжет двоих людей помимо клятвы.

Мир нашим домам.

Долгое путешествие в холод — тоже общее.

Добровольное признание дочерью Асвальдсона нового покровительства.

Добровольное принятие в северную семью всех долин.

Торговые пути и сделки.

Согласие на последующие браки между представителями разных кланов.

Ястребиная крепость на Перевале, которой теперь владеет будущая кюна Эсме Грайдоттир…

Это неожиданно. Мое лицо остается спокойным, а вот пальцы на мгновение сжимаются. Он одаривает меня? Представляю, что за крепость может быть на Перевале, где вообще нет плодородных земель…

Подачка.

— Вы согласны с этими условиями? — продолжает ярл.

— Да, — говорит Ворон спокойно.

— Да.

— Все ли слышали эти условия?

— Да! — раздается отовсюду.

— Кто присутствует на свадьбе со стороны жениха?

Я! — многоголосый крик воронья. Я смотрю на них внимательно. Человек двадцать. Самых близких и надежных его помощников, и мне следует запомнить их лица и имена. Хотя одно я уже помню…ярл Клепп тоже здесь. И его первого перекашивает, когда на вопрос «кто со стороны невесты» раздаются крики не только жителей Сварры, но и знакомые ему голоса.

Ярл Торрад. Его сын Норк. И первый воин Бовил.

И снова я испытываю тепло в груди. Рада, что они здесь.

Я не вижу рядом с ними Дага, но это ничего. Значит охранитель выполнил мою просьбу и отправился как можно быстрее к отцу, чтобы рассказать о произошедшем.

— И Фригг, и боги будут с нами, — кивает серьезно ярл Вальсон и первым втыкает ритуальный нож в корову.

Кровь принесенных в жертву животных стекает в специальные желобы, выбитые в каменной кладке. Те образуют почти ровный круг, внутри которого ритуальный херд — и я с Вороном.

Мы встаем на колени друг напротив друга.

Жители запевают песнь в честь богини брака.

А когда они заканчивают, я говорю отчетливо, глядя на ледяного короля.

— Призываю тебя, Фригг, и тебя, Фрейя, в свои личные свидетели, — называю имя покровительницы, к которой я всегда обращаюсь за помощью и защитой, — И клянусь быть достойной кюной и верной женой. Сегодня и до Последнего пира.

Пусть я говорю эти слова не потому, что люблю и счастлива, но я знаю, что буду действовать сообразно клятве.

Эгиль-Ворон тоже не отрывает от меня своего темного взгляда.