Мой личный ад

— Оль, я нашел Наташу. Она в госпитале.

— О боже, — выдохнула Князева.

— И Бенедикт с ней, кстати.

Не в силах ответить ему хоть что-то, Оля хватала ртом воздух, стараясь удерживать руль и не врезаться куда-нибудь.

— По тому, как участилось твое дыхание, я понимаю, что мы на верном пути. Ты нашла, что искала в поместье? — деловито продолжил разговор Эрик.

— Да, — икнула Оля, — нашла.

— Отлично. Заезжай за мной, покажу, как проехать до госпиталя. И готовься объясниться, девочка. Я не наябедничал на тебя Артуру, но мне не нравится, что в эту историю замешан Птицын.

— Хо-хорошо, — прозаикалась Ольга.

Эрик назвал адрес, и она направила машину в сторону центра, моля бога, чтобы на дороге ей не встретился Порш Савицкого-младшего.

И снова удача была на ее стороне. Она быстро добралась до центра, Эрик уже ждал на тротуаре. Он обошел машину и открыл водительскую дверь.

— Давай-ка я за рулем, — мягко, но убедительно потребовал Старший, и Ольга не смогла ослушаться.

Она пересела на пассажирское сиденье, взяла в руки драгоценную бутылку, пристегнулась.

— Я тебя внимательно слушаю, — тем же тоном проговорил Эрик, трогаясь.

Оля смотрела в стекло на дорогу, по привычке ища ногами педали, пока кратко исповедовалась своему куратору.

— Артур отравил Гришу. Я слышала, как он говорил об этом Женьке. Птицын должен был приехать ко мне еще вчера, но не появился и не позвонил. Накануне он говорил, что должен встретиться с Натальей, поэтому я и зацепилась за нее. Она тоже не отвечает на телефон.

— Оль, ты же понимаешь, что в этом месте я просто обязан спросить, что тебя связывает с новоиспеченным командиром Московских Волков, — среагировал Эрик, когда она замолчала.

— Многое, — выдохнула Князева. — Люблю я его.

— Ого, — Савицкий аж прищелкнул языком. — Давно?

— Я знала его еще до знакомства с Артуром. До переезда в Питер. Так что давненько получается, — нервно хихикнула Оля. — Тебя это беспокоит сильнее, чем то, что Артур подсыпал ему яд в вино?

— Об этом я попозже подумаю, — Эрик сжал губы, лишь этим выдавая свои эмоции.

В салоне повисла звенящая тишина. Ольга сжимала бутылку, словно Данко свое сердце. Она очень хотела заплакать, но не получалось, лишь губы вдруг дрогнули, а потом сами стали вылетать слова.

— Это я виновата, — озарило ее вдруг. — Бен не хотел принимать командование. Я заставила его, обещала, что приму посвящение и перейду к Волкам, если он станет Командиром. А он не хотел, ему это чуждо. Артур сказал, что, убрав Бена, станет сам, один, во главе объединённого отряда русичей. Ему нужна власть. А мне нужен был Бен… Гришка. Это все из-за меня…

Она почти скулила в конце своей речи.

— Не истери, — резко одернул ее Эрик. — Лучше вспомни, что еще Артур сказал.