Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Кажется, так называется пакет акций Третьего рейха, всецело управляемый вами?

Беспорядочно покрутив по ухабистым улочкам, Мавр остановил машину возле какой-то промышленной зоны, напоминающей бетонный завод. Он хлопнул дверцей и пошел вдоль панельного забора. Козенец догнал его, попробовал поймать шаг.

— После того как вы неожиданно раскрылись в Архангельске, поднялся невероятный переполох. Узнал об этом случайно, меня отсадили от информации, но некоторые чиновники до сих пор считают своим долгом докладывать обстановку… Администрация президента стоит на ушах! ФСБ и МВД объявили план «Перехват», это когда вы ушли на Ярославском вокзале.

А вы спокойно разгуливаете по Москве…

— Мне нужна конфиденциальная встреча с президентом, — сказал на ходу Мавр. — В течение этой недели.

Козенец такого не ожидал. Он ценил себя намного выше, окружение, само того не желая, давно убедило его, что он — могущественный и самостоятельный политик, способный влиять на все государственные процессы, а тут его намеревались использовать сводником — посредником для организации встречи.

Он знал, кто такой Пронский, и если такой человек воскрес, значит, назревало грандиозное и, возможно, скандальное событие, и потому претендовал только на первую роль. Это была его месть за отлучение от власти или способ возвращения к ней.

Но Козенец ничуть не обиделся.

— Исключено, — отрезал он. — Вспомните попытку прорваться к Леониду Ильичу. Сегодня он хуже, чем Брежнев конца семидесятых. А его толкают на второй срок…

— Насколько сильны позиции премьера?

— К нему можно относиться как угодно.

Средства массовой информации сделали из него тупого болвана и жлоба. На самом деле умом он не блещет, но иногда способен принимать решения, разумеется, если получит поддержку олигархов.

Мавр предполагал, что Козенец обязательно потянет одеяло на себя.

— То есть в правительстве сейчас нет ни одного самостоятельного человека?

— Последним независимым был Петр Аркадьевич Столыпин, но вы же помните, что с ним случилось. Уверяю вас, никто не решится даже намекнуть ФРГ об оплате Веймарских акций.

Это приговор самому себе. Тем более, политика сближения с Западом зашла так далеко, что теперь напоминает сексуальные отношения. Единственный возможный путь — крепнущие позиции молодого и зубастого олигархического капитала. Эти ребята провернут любую финансовую операцию, но вы же не хотите обогащать богатых?.. — Козенец остановился перед Мавром. — Извините, товарищ генерал, но вы воскресли со своими бумагами в самое гнусное время. Выросли, как подснежник в январе.