Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Наверное, комитетчики, опекавшие эту команду, ничего такого, что выдавало бы секретность работ, в этом штандарте не нашли и вывесить его позволили. Я не очень-то разбирался в геральдике, однако символика стала понятной сразу — под таким флагом ловят золотую рыбку! И объяснение, почему у этих рыбаков штандарт зелёный, нашлось, когда я разломал остатки тубуса и вытащил ватман — морских волков ссадили на берег. Это была незаконченная шутливая стенгазета, посвящённая сорокалетию некого кавторанга Славы Бородина, то ли начальника всей команды, то ли просто уважаемого человека, шаржированный портрет которого и несколько картинок из жизни были уже нарисованы — весёлый усатый и глазастый парень с лысиной и крупной родинкой на правой щеке.

Нарядить в косоворотку, получится сказочный добрый братец Иванушка.

Но глаз зацепился за комбинированный рисунок, где из головы Славы вылетала овальная мысль с вклеенной туда открыткой — репродукцией чьей-то картины. Высокая, красивая женщина в белых, бесформенных одеждах и огненным, очень знакомым взором, стояла гордо, опираясь на длинный двуручный меч.

Я не сдержался и тут же оторвал репродукцию, благо что приклеена оказалась всего на пять точек. На обратной стороне значилось: «К.Васильев, „Валькирия“. Холст, масло, 1968 г.».

И всё-таки осталось неясным, почему кавторанг всё время думал об этой богине из скандинавского эпоса. Вероятно, существовали какие-то внутренние, известные лишь команде, мотивы.

Издатель оказался неплохим художником, но поэтом никудышным и пытался сочинить стих о жизненном пути юбиляра, используя школьную программу по литературе.

На отдельных листках проглядывали его муки творчества, но кое-что уже сложилось:

Скажи-ка, Слава, ведь не даром,МОРЛАБ, спалённая пожаром,«Французам» отдана?Да, было море Золотое,И говорят, ещё какое!Недаром помнит вся ГУПРУДаПро День Бородина!Теперь ты витязь сухопутный,В горах живёшь, как бич беспутный…

МОРЛАБ расщелкнулся легко — морская лаборатория, а вот что такое гремящая аббревиатура ГУПРУДа (главное или государственное управление чего? Не пруда же!) не поддавалось.

Ясно было одно — эта организация и ловит в Ледяном озере золотую рыбку, и, похоже, один большой пожар она уже пережила — сожгли морскую лабораторию и отдали каким-то «французам»…"

"И ещё вдруг стала близка и понятна жизнь и психология этих рыбаков: всю зиму сидят мужики в какой-нибудь своей камералке, разрабатывают новые площади для поиска, думают, мечтают, трепятся в курилках и все тайно ждут летнего полевого сезона — всё, как было у нас в геологии.