Мой папа - миллиардер. Второй шанс бывших (СИ)
— Что может быть хуже того, что моя дочь больна, а мой салон сносят?! — кричу в трубку.— Имя того, кто купил землю под нашим салоном?— И кто же?— Никита Сергеевич Златогорский, — тянет сестра и я замираю, услышав имя отца своей дочери.Только не он!Только не сейчас!Беда не приходит одна. Моей дочери поставили страшный диагноз. Мой бизнес разрушен. И во всех моих проблемах виноват один человек. Мой бывший. Тот, что заявил, что ему не нужны дети, и он не готов на такой шаг. А теперь ему нужна моя дочь? Теперь ему нужна я?
— Я один, а Лапиных куча!
— Что я могу сделать? — спрашиваю его, чуть ли не плача. — Ты же умный! Подскажи!
— Против них нет оружия, Рада. Смирись. Даша потеряна для Солнцевых.
— Никита! — стону, а он достает из комода меню.
— Давай выберем, что заказать, — дает одно мне. — Я безумно хочу есть.
Я не отдам им Дашу. Ни за что.
Я уже не люблю этих Лапиных.
Не люблю!
С Тимура моя нелюбовь началась. И нечего их любить!
Даша моя!
Никита
С улыбкой наблюдаю за Радой, которая задумчиво делает выбор, перелистывая страницы туда-сюда.
Я же собираюсь взять все как обычно. Легкий салат, картофельные дольки с вялеными томатами и грудка под сливочным соусом.
"— Почему ты так привязана к сестре? — спрашиваю ее, не сумев самостоятельно найти ответ на этот вопрос в своей голове. Я понимаю Раду во многом, но в этом нет. — Я слышал о связи близняшек и двойняшек, но это ведь не так буквально, — продолжаю рассуждать, решив, что, если начал, добьюсь ответа. — Всем приходится рано или поздно расстаться, чтобы создать свои семьи.
— Она ведь такая маленькая и беспомощная, — тянет она, оторвавшись от меню и подняв взгляд на меня.
— Ты старше нее всего на пять минут, — напоминаю ей то, что она раньше без остановки мне повторяла. Что она старше и несет ответственность за них двоих.
— Но я всегда была главной, а она моим другом, — повторяет она то, что я уже слышал от нее. И пусть с такой формулировкой я согласен, но друзья — это не прилипшие друг к другу два человека. — Мы словно одно целое, — убивает следующими словами.
— Но вы разные люди, — бросаю, изучая ее реакцию. — У нее рано или поздно появится мужчина.
— Ну, она ходит на свидания…
— А потом?
— Потом они ей не нравятся, — говорит, раздраженно фыркнув на меня.
— Почему ты думаешь, что они ей не нравятся?
— Мы с ней их обсуждаем и приходим к такому выводу, — зло бросает она.
— Мы или ты? — уточняю, прищурившись.
И пусть со стороны мои вопросы звучат грубо, но кто-то должен это сделать. Объяснить Раде, что Даша отдельный, самостоятельный человек, который может сам справляться со своей жизнью.
Я не говорю, что она должна бросить Дашу совсем. Я лишь пытаюсь дать ей понять, что ее сестре нужна свобода и свое личное пространство.
— Златогорский, на что ты намекаешь? — Рада выпрямляется и с вызовом смотрит на меня.
— У тебя гиперопека над сестре, — сочувствующее произношу то, что видят и другие, но решил высказать только я. — Ты должна перебороть ее. Потому что Даша — твоя сестра, а не ребенок. Она взрослая девушка, и все может сама.
— Ты не понимаешь!
— Тебе страшно за нее? Что она упадет и ударится? Получит шишку? — продолжаю, не давая ей высказаться, потому что все ее слова — отговорки.














