Мой театр. По страницам дневника. Книга II
Вокруг имени Николая Цискаридзе по-прежнему бурлят страсти. Его успешная в разных областях деятельность вызывает искреннее уважение и признание у одних, раздражение и зависть у других. Не потому ли, что сегодня он – один из немногих, кто является действительно значимой личностью в искусстве, талантливый и непримиримый в отношении культа крикливой бездарности.«Мой театр. Книга II» – продолжение автобиографии, созданной на основе дневника 2003-2013 гг. Вернувшись в Большой театр после травмы, едва не стоившей жизни, приходится заново доказывать право на звание премьера. Руководство пытается тормозить успешное развитие карьеры, заявляя – «незаменимых нет»; его не устраивает и быстро растущая благодаря ТВ популярность артиста у широкой зрительской аудитории. Настоящей трагедией становится «реконструкция» ГАБТа. Второе дыхание дарит участие в гала звезд по всему миру, проекты «Короли танца» и «Русские сезоны XXI век», тесное сотрудничество с Мариинским театром, приглашение вновь танцевать в Парижской опере, профессия педагога. Но судьба преподносит новые испытания. В начале 2010-х годов в процессе борьбы за власть в ГАБТе провоцируются громкие скандалы с целью оклеветать и уничтожить Цискаридзе. Однако их организаторы терпят поражение, оказываются сами жестко наказаны жизнью.Драматичный, непредсказуемый сюжет этой книги полон и счастливых, светлых воспоминаний – о достижениях учеников, творческих победах, а главное, о дорогих для автора людях: Семёновой, Пестове, Пети, Жанмер, Григоровиче, Максимовой, Плисецкой, Хазанове, Неёловой, Образцовой, Вишневской, графине де Дориа, Демидовой, Винер-Усмановой, Фрейндлих, Виктюке, Гундаревой, Аллайя, Чайковской, Фоменко и других. Связанные с ними истории, полные юмора и человеческого тепла, приоткрывают занавес над личной жизнью танцовщика.Книга рассчитана на самую широкую аудиторию. Большинство фотографий публикуются впервые.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
И началось! Тут же выясняется, что я Денису неверный порядок показал: «Пьер, пожалуйста, покажите, как вы поставили». Он показывает, как я танцевал. И если я говорил: «Я так и танцевал», то: «Ой, я ошибся, я ошибся! Надо посмотреть видео, не помню! Надо делать только как Филин, как Филин танцевал, всё, как Филин танцевал!» А мне то и было нужно, потому что «филинская» редакция партии Таора в два раза легче, чем та, что я исполнял.
Однажды приходит Пьер и говорит: «Ой, там кто-то сломался, Родькину надо станцевать второй спектакль и четвертый».
Родькин выглядел очень-очень прилично, уж точно лучше всех. Хотя, на мой взгляд, эта мелкая «шебуршня» ногами – не его «конек». Он абсолютно танцовщик Григоровича, ему надо танцевать такие вещи, как Принц в «Лебедином озере».
Успех Родькина, то, что мне удалось за четыре года с ним сделать, зиждилось на безграничном доверии Дениса ко мне как к педагогу.
На премьеру Дениса в «Дочери фараона» пришла Лина, очень его поддерживала, переживала, но видно было, как ей грустно и тяжело. Она жила в аду, а я ничем не мог ей помочь…
36
Одним из самых счастливых моментов того ужасного года, кроме дебюта Родькина в «Дочери фараона», было то, что в рамках проекта «Русские сезоны XXI век» А.
Смотрю сейчас на страницы своего дневника, касающиеся завершения моей артистической карьеры, и понимаю, что тут уже не книга воспоминаний, а, как говорила моя любимая, мудрейшая Ф.
Недавно одна балерина ГАБТа, чья карьера пришлась на 60-70-е годы XX века, в сердцах произнесла: «Коля! Ну, что про всю эту гадость вспоминать? Думаешь, у нас по-другому было? Однажды на собрание труппы Большого театра приехала Е. А.















