Мой театр. По страницам дневника. Книга II

Поверь, завтра все газеты мира будут писать только о нас. Мало того, сам Элтон Джон будет петь на нашей свадьбе бесплатно!»

В общем, вся мужская раздевалка лежала от хохота. Последовали предложения, как можно отпраздновать такое событие, куда в путешествие отправиться… Коллективная фантазия разыгралась, рисуя последствия этой «бомбы». Бурно, весело гогоча, все обсуждали возможные варианты.

Прошло лет шесть, когда очередная подруга Филина после «кислотного» скандала, когда ему, якобы, плеснули в глаза каким-то жутким зельем, дала интервью одному популярному глянцевому журналу, раскрыв страшную тайну: «Цискаридзе был так влюблен в Серёжу, что даже делал ему официальное предложение пожениться».

Видно, на войне – все средства хороши, что и говорить, «святая» женщина.

48

Начало сезона 2006 года запомнилось событиями, связанными с Г. П. Вишневской…

В детстве, вырезая из старых журналов типа «Музыкальной жизни» все, что касалось балета, я не мог не обратить внимания на фотографии очень красивой певицы, особенно в роли Аиды. Рядом стояла подпись: «Народная артистка СССР, солистка Большого театра Г.

П. Вишневская». Когда в Тбилисском хореографическом училище случилась чуть не ставшая для меня летальной история со стенгазетой (под заголовком «Наша мечта» я по неведению приклеил фото многих сбежавших за границу балетных звезд), маме пришлось провести со мной серьезную беседу. Она объяснила, что люди уехали, но это не означает, что они плохие.

Мама знала, о чем говорила. Ее двоюродная сестра, с которой она очень дружила, тоже сбежала за границу. В то время это расценивалось как предательство Родины, и, чтобы ситуация не ударила по семье, им всем предложили подписать бумаги, осуждающие поступок родственницы.

Мама оказалась единственной, кто ничего не подписал, с тех пор она стала невыездной. Из маминого рассказа я понял, что красивая певица тоже уехала и что она совсем не плохая.

…25 октября 1991 года. На подмостках ГАБТа праздновалось 65-летие Вишневской. Впервые после семнадцатилетнего отсутствия она переступила порог любимого ею театра. У меня – выпускника Московского хореографического училища – был пропуск! Похоже, по «протекции» клакеров я сидел на «козырном» месте в партере.

Несколько самых ярких моментов того вечера живо встают перед глазами…

Когда на фоне декораций «Бала-маскарада» Н. Бенуа зрительный зал увидел Вишневскую, в едином порыве все поднялись. Стоя, мы аплодировали и, как сумасшедшие, кричали «браво». Помню, как на сцену выплыла И. К. Архипова. «Подруженька!» – звучно, поставленным голосом воскликнула юбилярша, и они побежали друг к другу, обнялись и расцеловались.

Невозможно забыть и М. М.