Мой театр. По страницам дневника. Книга II
Вокруг имени Николая Цискаридзе по-прежнему бурлят страсти. Его успешная в разных областях деятельность вызывает искреннее уважение и признание у одних, раздражение и зависть у других. Не потому ли, что сегодня он – один из немногих, кто является действительно значимой личностью в искусстве, талантливый и непримиримый в отношении культа крикливой бездарности.«Мой театр. Книга II» – продолжение автобиографии, созданной на основе дневника 2003-2013 гг. Вернувшись в Большой театр после травмы, едва не стоившей жизни, приходится заново доказывать право на звание премьера. Руководство пытается тормозить успешное развитие карьеры, заявляя – «незаменимых нет»; его не устраивает и быстро растущая благодаря ТВ популярность артиста у широкой зрительской аудитории. Настоящей трагедией становится «реконструкция» ГАБТа. Второе дыхание дарит участие в гала звезд по всему миру, проекты «Короли танца» и «Русские сезоны XXI век», тесное сотрудничество с Мариинским театром, приглашение вновь танцевать в Парижской опере, профессия педагога. Но судьба преподносит новые испытания. В начале 2010-х годов в процессе борьбы за власть в ГАБТе провоцируются громкие скандалы с целью оклеветать и уничтожить Цискаридзе. Однако их организаторы терпят поражение, оказываются сами жестко наказаны жизнью.Драматичный, непредсказуемый сюжет этой книги полон и счастливых, светлых воспоминаний – о достижениях учеников, творческих победах, а главное, о дорогих для автора людях: Семёновой, Пестове, Пети, Жанмер, Григоровиче, Максимовой, Плисецкой, Хазанове, Неёловой, Образцовой, Вишневской, графине де Дориа, Демидовой, Винер-Усмановой, Фрейндлих, Виктюке, Гундаревой, Аллайя, Чайковской, Фоменко и других. Связанные с ними истории, полные юмора и человеческого тепла, приоткрывают занавес над личной жизнью танцовщика.Книга рассчитана на самую широкую аудиторию. Большинство фотографий публикуются впервые.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Плисецкую в «Умирающем лебеде», которой в тот вечер аккомпанировал на виолончели сидевший прямо на сцене М. Л. Ростропович. Она тогда впервые вышла в пачке с практически незаметными прозрачными рукавами, плотно облегавшими руки от плеча до запястья.
Танцевала Майя Михайловна бесподобно, фантастически. Зал, завороженный, следил за каждым ее не то что движением, вздохом. Публика Плисецкой хлопала с таким жаром и неистовством, что она, к нашему восторгу, бисировала номер.
Когда концерт закончился, я побежал домой, чтобы записать на видеокассету это исполнение, близкое к совершенству.
Я успел вставить чистую кассету в видеомагнитофон как раз в тот момент, когда из-под смычка Ростроповича полились первые звуки мелодии Сен-Санса. Предвкушая удовольствие, мы с мамой замерли перед телевизором: неожиданно на экране появилась уже очень немолодая, едва ли не на ощупь двигавшаяся по сцене балерина.
Возможно, выбрали неверные «точки» установки телекамер; возможно, операторы ловили не те ракурсы, не знаю. Я был поражен – насколько живое исполнение на сцене не совпадало с танцем на телеэкране. Видеозапись – это, конечно, удобно, но она ни в коей мере, даже сделанная специально для кино или телетрансляции, не может заменить спектакль, идущий на сцене театра.
"И еще я подумал: неужели и со мной подобное когда-то может произойти, вот ужас. С того момента всю творческую жизнь я всегда записывал, а затем внимательно пересматривал только что оттанцованный балет. И чтобы лишний раз проконтролировать себя, и чтобы убедиться, что я вполне прилично выгляжу не только на сцене, но и на экране.
49
Вторая половина 1990-х. Звонок телефона дома, певучий женский голос: «Можно попросить Николая Цискаридзе?» – «Это я». – «Это Вишневская».
Подборки для вас
Краткое содержание
Все книги →
Похожие книги
Все дороги ведут к себе. Сборник исцеляющих текстов
Алчность
Бояться, но делать. Руководство по управлению страхом от спецназовца
Сверхвозможности человеческого мозга
Прививка от стресса
