Моя (не) зависимость

 Александр

Когда мы с напарником решили пробить по базам этого ""Никиту"", мы даже не могли предположить, что вышли на след человека, которого уже давно разыскивает Интерпол. ""Никита"", а точнее Нико Гелашвили, был замешан в торговле оружием и наркотиками. Какое-то время мы с Мишаней молча пялились в экран ноутбука, а потом он аж подпрыгнул от предвкушения:

— Саня! Саня, ты понимаешь, что это звёзды?! Тебя повысят!

Я улыбнулся, глядя в сияющее от счастья лицо. Напарник был искренне рад за меня, хотя сам уже давно засиделся в лейтенантах. Пусть он меня иногда и выбешивал, но я понимал, что он карьерист и, если не сможет расти в нашей организации, то переведется в погоне за званием. А я… Если стану подполковником, то уже не буду заниматься оперативной деятельностью, а буду до седых мудей сидеть в кабинете и изучать отчёты.

— Хочешь капитана? — хитро прищурился я.

— В смысле? — тут же собрался Мишка и нахмурился.

— Я хочу, чтобы операцией командовал ты.

— Сань… Сань, я же никогда не занимался таким. А вдруг я не справлюсь? Командуй ты. Я, лучше, как обычно, буду исполнителем.

Я пристально посмотрел в глаза другу. Его волнение можно было понять. Очень большая ответственность. Но, я в него верил. Я знал, какие гениальные идеи могут зарождаться в его белокурой голове, если он поглощён процессом.

Вздохнув, я набрал номер высшего начальства. Полковник Иванов был настоящим профессионалом своего дела, который нежно любил работу и отдавался ей без остатка. Обычно он брал трубку в любое время дня и ночи с первого гудка, так произошло и в этот раз.

— Чего не спится, Истомин? — добродушно пробасил он.

— Иван Николаевич, мы с Журковым вышли на след Нико Гелашвили.

— Напомни, кто такой?

— Наркотики, оружие, международный розыск.

— Так… Дальше?

— Знаем, где будет находиться завтра, без охраны и подельников.

— Тогда объявляй операцию.

— Журков будет командовать. Он пусть и объявляет.

— Потянет?

— Потянет. Я помогу, если потребуется.

— Ну, как скажешь, — кашлянул полковник в трубку. — Доложитесь перед выездом.

— Есть.

Мишаня то и дело подавал мне знаки, что он не согласен, но я упорно их игнорировал. Когда отключил звонок, откинулся на диван и вызывающе посмотрел на него.

— Что, очко сжалось, лейтенант? Забыл, чему учился?

Друг вспыхнул румянцем, упрямо сжал губы, достал телефон и набрал короткий номер.

— Дежурный Фетисов. — раздалось в динамике.

— Журков. Объявляй сбор группы через час. — выдохнул он в трубку.

В эту ночь мало кто спал. Мы готовились. Миша фонтанировал идеями и я даже не вмешивался в процесс.

— ТрусЫ, — повернулся он ко мне, как к единственному актеру, задействованному в спектакле.

— Что? — удивился я, не совсем понимая, о чем речь.