Моя капризная леди

— Я не понимаю причины вашего интереса, лэрд, в отношении мальчика. Вы больше других ратовали за ужесточение закона о браконьерстве. А теперь защищаете одного из тех, кто активно участвовал в незаконной охоте на драконов.

— Я требовал ужесточить меру наказания в отношении взрослых, половозрелых людей, которые уничтожают наше наследие ради выгоды, — МакГиннес ткнул пальцем в мистера Пера. — Не выворачивайте мои слова в свою пользу. Нигде и никогда я не призывал судить детей.

— А у справедливого наказания должен быть возрастной порог? — прищурился сэр Парсеваль, и мы с Терлаком задохнулись от возмущения.

— За мою тридцатилетнюю практику я повидал всякое. Достаточно малолетних убийц, которых бы судить строже, но останавливает цифра в документах о рождении. Не нужно мне рассказывать, как делать мою работу!

— Акселем манипулировали преступники.

— Но выбор-то он сделал сам? — холодно спросил судья, и я опустила руки."

"Ничего здесь не поможет. Никакие наши увещевания или попытки объяснить ситуацию не давали результата. Мистер Пер попросту отказывался слушать. Он упрямо опирался на закон, не считаясь ни с возрастом Акселя, ни со смягчающими обстоятельствами.

Бессмысленно. Весь этот разговор попросту высосал остатки надежды, которая только-только пустила корни в душе.

— Я попрошу вас с невестой покинуть мой кабинет немедленно, лэрд МакГиннес, — судья схватил со стола стопку бумаг и отвернулся. — Приговор изменению не подлежит. Лучше порадуйтесь, что я не стал подавать жалобу.

У меня внутри все оборвалось от мрачных заявлений сэра Пера, и в горле встал ком, мешающий сделать нормальный вдох. Всхлипнув, я прижала к губам дрожащую руку, чтобы никто не услышал звуки подступающей истерики.

— А своим детям и внукам вы спокойно смотрите в глаза после того, как разрушаете жизни других людей? — ядовитый вопрос вылетел из уст МакГ иннеса раньше, чем я успела его остановить.

Мистер Пер замер, плечи на секунду опустились, но затем вновь расправились под усилием воли. Мне показалось, будто Терлак неведомым образом попал в цель с одного удара. Вскрыл невидимую рану, которую суровый мужчина перед нами скрывал от всех. И когда судья повернулся, я по-настоящему убедилась в своих предположениях.

Свет магических ламп в темных глазах горел слишком ярко, чтобы списать его на отражение.

Глава 60

— Дети? — с придыханием выдавил из себя судья, и я непроизвольно сжала рукав Терлака.

— Внуки? Знаете, многоуважаемый лэрд, о ком столь пренебрежительно отозвались? Мой единственный сын, мой мальчик, отправился на войну после ваших громких выступлений на совете. Помните, как призывали молодых шангрийцев выступить единым фронтом ради блага будущего королевства?

Вздрогнув.