Моя (не) родная

Всё это она делала легко, хотя я была уверена, что гости разъехались поздно.

– Оставь ты всё, мам, – я забрала у неё тряпку. – Давай я уберу. Вы же с папой наверняка под утро легли.

– А ты вообще не ложилась.

Я смутилась. Мама посмотрела пристально, но без осуждения. Конечно же, она всё поняла. Да и как было не понять?

– Где Данил?

– По делам поехал, – я отвернулась, сделав вид, что вытираю столешницу. Сама же просто боялась, что мама заметит мою тревогу. Мысленно повторила себе, что всё в порядке, Наташа наверняка его просто запугивает. Не помогло. Сердце беспокойно ныло. Мама коснулась моего плеча. Её прикосновение было лёгким, успокаивающим.

– Оставь, Агния. Давай выпьем чай и пойдём спать.

– Не выйдет. Мирон скоро проснётся.

Я вернулась к столу. Дождалась, пока мама зальёт кипятком травы.

– Данил отменил свадьбу с Наташей, – призналась я.

Мама не удивилась и, не отвлекаясь от своего занятия, стала перекладывать из банки в пиалу смородиновое варенье."

"– Эта свадьба с самого начала была плохой идеей, – между делом отозвалась она. – Я рада, что они с Натальей вовремя остановились. Для женщины нет ничего хуже, чем прожить жизнь с нелюбимым мужчиной. А Данил её не любит.

Я промолчала. В курсе мама Наташиной беременности или нет – не важно. Тут я заметила заглядывающего в окно голубя.

– Прогони его, – попросила я стоявшую ближе маму.

Она глянула на меня. Я показала на окно.

– Прогони его, пожалуйста.

– Да что с тобой?

– Мам…

Просьбу мою мама выполнила. Но выглядела она теперь обеспокоенной. Я зажала ладони между коленок. Не говорить же ей, что я неожиданно вспомнила о народных приметах про птиц, предвещающих беду. Мне и самой это казалось глупым.

– Не люблю голубей. И воронов не люблю.

– Раньше не замечала этого за тобой.

Я пожала плечами. Мама подвинула ко мне пиалу с вареньем и дала ложечку. У меня появился повод отвести взгляд.

Чай мы пили в тишине. Только время от времени нарушали её несколькими словами. Мама зевнула, прикрыв рот ладонью, и я всё-таки отправила её к отцу. Сама же вернулась в гостиную и, устроившись на диване, положила рядом телефон. Взгляд упал на туфли возле решётки.

– Первая любовь – любовь последняя… – шепнула я и улыбнулась, задумчиво вспоминая, как увидела Данила впервые. Как же давно это было…

Вытянулась на диване, положив голову на подлокотник. Закрыла глаза. До момента, как проснётся Мирон, у меня было ещё часа полтора. И то хорошо. Но только я стала проваливаться в сон, телефон зазвонил.

– Да, – сонно пробормотала я, даже не взглянув на номер.

– Вы Агния?

– Да, – я всё ещё не понимала, что происходит, но сердце моё предательски сжалось.

– А вы…

– Ваш номер единственный в списке экстренных вызовов.

– Экстренных вызовов кого? – сон как рукой сняло.