Мохнатая лапа Герасима
Три девицы вечерком отравились все чайком… Возможно, это было бы смешно, если бы не было так грустно. В элитном особняке богатого предпринимателя Андрея Красавина одна за другой скончались три домработницы. Надя от инсульта, Настя от астмы, а крепкая и здоровая, как космонавт, Кристина – от инсульта и диабета в придачу. Выяснилось, что девушки в последнее время баловали себя ароматным цветочным чайком из большой банки, невесть откуда взявшейся. Теща Красавина, Анна Григорьевна Шляхтина-Энгельман, примчалась к Татьяне Сергеевой и стала умолять ее разобраться во всей этой чертовщине. Чтобы не спугнуть злоумышленника и не привлечь лишнего внимания, Таня решила внедриться в дом Красавина под видом очередной домработницы… Начальница особой бригады и не подозревала, какие скелеты она обнаружит в шкафах этого семейного гнездышка!
– Я стал глубоко копаться в биографиях действующих лиц и выяснил кое-что интересное, – сообщил Димон. – Сначала про Анну Григорьевну Шляхтину-Энгельман. Родители Ани, Григорий и Антонина Шляхтины, были учеными. Григорий – доктор наук, заведовал в одном НИИ лабораторией, о которой в СССР почти никто не знал. Чем там занимались? Руководители коммунистической России были престарелыми людьми. Когда в тысяча девятьсот восемьдесят пятом году Михаил Горбачев стал генеральным секретарем ЦК КПСС, то его, пятидесятичетырехлетнего мужчину, считали мальчишкой. Средний возраст членов политбюро составлял семьдесят лет, на посту почти все они находились до своей смерти. Народ придумывал анекдоты, смеялся над дикцией стариков, потешался над теми, кто читал дважды одну и ту же страницу написанного референтом доклада. Да и внешне дедки выглядели неважно."
"В конце пятидесятых в Москве создали научно-исследовательский институт, который стал заниматься проблемами здоровья людей пожилого возраста. В нем была лаборатория номер десять, которой руководил профессор Шляхтин. Чем она занималась, никто не знал. Григорий Андреевич не отчитывался директору НИИ, получал очень большое финансирование. Институт находился в Черемушках, а для подразделения Шляхтина построили целый комплекс в лесу на Ильинском шоссе. Лаборатория просуществовала чуть больше пяти лет, потом ее закрыли. Вскоре Шляхтин умер от инфаркта, Антонина Николаевна резко изменила род деятельности, из врача стала библиотекарем, до самой своей смерти сидела на выдаче книг и одна воспитывала дочь Анну. Одновременно со службой Тоня сменила и место жительства, переехала из Брюсова переулка на Юго-Запад. Когда Анне исполнилось восемь, ее отдали в школу. В те годы дети шли в первый класс в семь лет, Анечка же слегка запоздала. Почему? Нет ответа на этот вопрос. Возможно, мать решила продлить детство дочери. Антонина нашла хорошую школу, но она находилась неподалеку от метро «Смоленская». Маленькая семья снова переехала и обосновалась в Старомонетном переулке. Там Анна прожила до своего замужества, и эта квартира до сих пор принадлежит ей. Интересный факт: ни в одной детской поликлинике Анна Шляхтина не состояла на учете. И! Внимание! Младенец с такими именем-фамилией в тысяча девятьсот пятьдесят втором году ни в одном загсе, как новорожденный, не был зарегистрирован. Зато в книге актов за пятьдесят седьмой год есть упоминание о выдаче повторного свидетельства о рождении девочки Анны Григорьевны Шляхтиной, которая появилась на свет пять лет назад. Понимаешь?
– Да, – ответила я, – сведения об усыновлении-удочерении закрыты. Очень часто люди, которые берут приемных детей, переезжают на другую квартиру.

















