Молчи обо мне

Просто боялся признаться, что после потери дочери так и не смог снова жить нормальной жизнью. Если бы не попытка вернуть мою Юльку к жизни, я бы давно ушел из семьи.

Но моя Юлька так и не вернулась.

А вот это — чужая женщина.

Мой личный дементор: по глотку высасывает из меня душу.

— Я ухожу, Юля.

— Ты мне нужен! — вопит она, сбрасывая маску, под которой прячется безобразное чудовище. И не я сделал ее такой. — Я не разрешу тебе видеться с сыном! Никогда! Забудь, что у тебя есть Олег!

Я молча обуваюсь и ухожу.

С деньгами и возможностями можно сделать многое, в том числе — отобрать у матери сына, если ее присутствие угрожает его здоровью.

Меня, словно безжизненное растение, поливает живительный дождь собственного злорадства: я отдал ей все, но заберу больше. И меня никогда не будут мучить угрызения совести.

По дороге домой заезжаю в супермаркет, чтобы купить кое-какие мелочи на первое время: пока Женя на взводе, мне лучше какое-то время пожить в своей старой квартире. Заодно приведу мысли в порядок, найму хорошего адвоката и выработаю план действий.

У прилавка с зубными щетками краем глаза замечаю знакомое лицо. Поворачиваюсь, хоть что-то внутри подсказывает, что мне лучше этого не делать. Инстинкт?

Женин бывший. Рядом с ним какая-то на вид ну очень молодая телка. Другого слова для девушки, которая в мороз ходит в юбке, из которой висит половина жопы, у меня просто нет. Она что-то говорит ему на ухо огромными, как вареники губами, они разворачиваются, и я замечаю, что мужик без стеснения довольно откровенно сжимает ее задницу. И теперь он тоже замечает меня, хоть явно не сразу вспоминает, откуда ему знакомо мое лицо.

— Привет, — здоровается Артем, сдабривая приветствие вежливой улыбкой.

Я просто киваю и делаю вид, что заинтересованно изучаю стойки со щетками, как будто мне не все равно. Сладкая парочка еще минуту топчется около прилавка: девушка выбирает тюбик зубной пасты, словно от этого зависит количество ее подписчиков в инстаграм. У нее же ноль интеллекта в глазах.

Женя, ты, правда, убивалась за мужиком, который разменял тебя на вот таких: тупых, силиконовых и одноразовых?

Я ухожу до того, как во мне появляется мысль осчастливить придурка новостью, что он уже год как счастливый отец.

Счастливый в неведении, хоть его сын — теперь я при всем желании не смогу в этом сомневаться — копия папаши на миллион процентов. Как последнему трусу мне до боли в яйцах страшно, что если Артем узнает о ребенке, то снова вернется в жизнь Жени. А это — последнее, что мне нужно на длинном и кропотливом пути восстановления своего брака.