Молчи обо мне

Сделав его неидеальным без мальчишки, которого зовут скандинавским именем.

Я блокирую Светкин номер телефона во всех мессенджерах, где она может меня достать. Это, понятное дело, временная мера, потому что через недельку Мадам Брошкина поймет, что что-то не так и начнет штурм новым номером, а то и двумя, чтобы наверняка. Придется блокировать каждый, наглухо закрываться от дурного прошлого высокими стенами и колючей проволокой.

Такси подъезжает к дому позже отведенного на сборы времени, и когда я поднимаюсь, чтобы провести Светку до двери, она уже сидит на кровати с лицом прощенной и раскаявшейся королевы. Плевать.

— Ты дурак! Говно! Ты просто моральный урод! Абьюзер херов!

За пару минут, что я уверенно тащу ее до машины, Светка выдает почти весь свой запас ругательств. Ничего нового, ничего такого, что я бы уже не слышал в свой адрес минимум по десятку раз.

— Передавай привет маме, — говорю я, захлопывая дверцу машины. — Не забудь сказать, что я — мудак.

На улице холодно и снова валит снег, но мне не хочется заходить в дом, хоть на мне до сих пор нет ничего, кроме домашних штанов. Мой дом стоит чуть выше, на холме, так что, несмотря на высокий каменный забор, я вижу во дворе Жениного дома знакомый «гелик». Как она ездит на этом кубике на колесах? Тугая тачка, чтобы управлять такой, нужны яйца и стальные нервы.

Но через пару часов, когда выхожу, чтобы сгрузить в мусорный бак пакет с бутылками, ответ появляется сам собой. Здоровый ответ в стильном пальто садится за руль и запросто выгребает по заснеженной дороге в сторону города.

Ну логично, ни одна женщина не может быть одна два года.

Но я «просыпаюсь» от этих мыслей уже стоя на крыльце ее дома: наверное, «ответ» скоро вернется, раз калитка не закрыта.

Черт, мне тупо противно называть его как-то иначе, даже имя знать не хочу.

Я нажимаю на кнопку звонка — и дверь открывается почти сразу, как будто Женя нарочно ждала меня под дверью.

— Ты телефон… — Женя стоит за порогом: в домашнем комбинезоне пыльного розового цвета и с моим сыном на руках.

Он такой маленький. На фотографиях казался настоящим взрослым великаном, но вот так, глаза в глаза — такого же цвета, как мои! — Хельг выглядит маленьким гномом в красном полосатом костюме и шапке с длинной кисточкой. Но зато очень уверенно держит в крохотной ручонке наполовину сгрызенное печенье.

Даже слова сказать не успеваю, а он уже тянет руку с печеньем к моему рту.

Я беру его на руки: всего сразу, целиком. Прижимаю к себе: накрепко, намертво.

Теплого. Пахнущего так… странно.

Моего.

— Его зовут Хельг, — поджимает губы Женя.

— Знаю, — отвечаю я.

Я долго искал смысл жизни. Пытался забыться в работе, потеряться в женщинах, закопаться в благосостоянии и материальной независимости.