Молчи обо мне

Она хотела ребенка для себя. Не для меня. Не чтобы заарканить вечного Холостяка и не ради обеспечения надежного финансового тыла, потому что, каким бы раздолбаем по жизни я ни был, для своего сына сделал бы больше, чем все.

И из-за моего «прощай».

Еще одна хрень, которую мне бы хотелось вычеркнуть.

Даже странно: два года я почти не думал о ней, а теперь как-то разом все наваливается снежным комом, словно карма уронила на голову толстый альбом с фотографиями прошлого, и они врезаются в меня острыми гранями, просачиваясь под кожу вместе с пылью воспоминаний.

— Артем, это не мой дом. Будет лучше, если его хозяин не застанет тебя здесь.

Значит, не ее. Проводит выходные с обеспеченным мужиком, о котором ни словом нигде не обмолвилась? Я пытаюсь еще раз найти кольцо у нее на пальце, но Женя держит руки в карманах. И, кажется, я слишком очевиден в своих предположениях, потому что она поясняет:

— Я как раз развожусь. С Игорем. Но… у меня другой мужчина. — Улыбается, качает головой. — В общем, все очень сложно.

— Ты все-таки вышла замуж за того мягкотелого любителя связываться с несчастными женщинами?

Женя выразительно пожимает плечами, и мне остается только заткнуться, пока снова не ляпнул какую-то херню.

Нетрудно догадаться, от какого несчастья ее спасал Сверкающий рыцарь.

Я должен отдать Жене сына. И, конечно, так не бывает, чтобы мне вдруг было от этого больно, но боль — именно то, что рвет меня на куски, когда Хельг перебирается к матери на руки. И я стою совсем один в чужом доме, рядом с чужой женщиной и собственным ребенком, которого по всем законам человеческих отношении не имею права называть «сыном». Хоть я и не бросал его.

— У меня будет время на следующей неделе, — уж совсем спокойно говорит Женя. — Позвони мне. Нам правда о многом нужно поговорить.

— Даже не дашь номер? — зачем-то посмеиваюсь я, хоть он уже есть в моем телефоне.

А в ответ получаю сказанные мной же когда-то слова:

— Ты знаешь, кто я, остальное найдешь. Так это, кажется, работает.

— Я бы никогда не ушел, если бы ты сказала, — бросаю через плечо, когда иду к двери."

"Жду, что сейчас меня окатит потоком ругани и упреков. Так делают все женщины — в моей жизни не было исключений. Вернее, одно было, и я сказал ей, что она меня душит. И ушел, потому что ветер не может сидеть на поводке, потому что таким он стал не от хорошей жизни, а потому что задолбался раз за разом ошибаться и связываться не с теми женщинами.

Нарочно задерживаю руку, прежде чем толкнуть дверь.

Неужели промолчит?

— Я знаю, — наконец, говорит она.

«А я тебя нет. И не знал никогда».

Глава шестьдесят седьмая: VIP

Мне приходится ненадолго вернуться в офис, потому что Анжела рвет и мечет, и требует мою подпись на важных документах.