Музейный экспонат

Рыча дизелями, копошились в округе канавокопатели — к батарее спешно тянули связь. Несколько параллельных линий бронированного кабеля, капитан такого раньше и не видел никогда. В помещениях батареи монтировалась дублирующая аппаратура связи. Спецпоезд приходил ежедневно, сгружая со своих платформ и вовсе непонятные штуки. Часть из них тотчас же зацепили бульдозеры и куда-то уволокли. Этим процессом рулил вэвэшный майор, и, судя по его довольному виду, дела там шли неплохо.

И ежедневные тренировки…"

"— Погреб номер два — подать полузаряды!

И проворачивается на осях, тускло поблескивая медью, лоток подачи.

— Хранилище номер два, третий стеллаж, вторая полка — один снаряд!

Лязгнув, опускается на транспортер чушка практического снаряда, взвыв мотором, приходит в движение конвейер.

— Готов!

Поворотная тележка подает тяжелую болванку к заряднику.

Щелчок толкателя.

— Полузаряды загрузить!

И ложатся в свои гнезда шелковые коконы полузарядов.

— Зарядник готов!

И ползет вверх по шахте полутораметровая конструкция.

— Замковый!

Почти бесшумно открывается блещущий латунью затвор. Шипит сжатый воздух, продувая громадный ствол.

Щелчок — замирает напротив него зарядник. Блестящая штанга толкателя досылает в ствол снаряд. Еще щелчок — становятся напротив зияющего жерла казенника полузаряды. Снова мелькает подаватель.

— Закрыть затвор!

Присев у казенника, вставляет запальную трубку очередной номер расчета. Выпрямляется, подхватывает сачок и замирает в готовности.

Воют электромоторы, доворачивая башню, ползут вверх толстые хоботы стволов.

— Орудие номер два — координаты цели! — бегут по проводам в центральный пост сообщения с командного пункта.

— Принято!

— Выстрел!

Но вхолостую щелкает ударник, заряжены в орудия безопасные муляжи. Не выхлестнет в небо громадное огненное полотнище, не скользнут в воздухе тяжелые чушки фугасных снарядов. Идут учения…

— Товарищ подполковник! Командир батареи капитан Никитин!

— Вольно, капитан. Не тянись так, я уже пенсионер давно… — Худощавый Хамраев, одетый в простенький темный костюм с орденской колодкой на пиджаке, по обыкновению был всем недоволен. В противоположность ему полноватый Тяжельников выглядел вполне жизнерадостно и даже подмигнул капитану.

— Давай, командир, показывай свое хозяйство, — буркнул Хамраев. — А ты, Степаныч, валидол сразу готовь…

— Да ладно тебе! — отмахнулся его товарищ. — Так уж сразу и валидол! Глянь на капитана, на нем лица нет! Или, полагаешь, это от беспробудного пьянства?

— И так вполне быть может, — согласился ворчливый подполковник. — Или уже и ты склерозом страдать начал?

— Им не страдают — наслаждаются! Ничего не болит, и каждый день что-то новое!

— Балабол! — отмахнулся Хамраев.