Эта горькая сладкая месть

Жадная Ксюша знала, что любовник сестры женат, и думала, узнав имя, шантажировать его.

Я вздрогнула.

– Какие жуткие люди и Страшные, и Павловские. Бедная Катюша, несчастная Лика – жертвы ""материнской любви"".

– Когда освободят Рому?

– Скоро, – сообщил полковник, – мы с Валентиной Никаноровной проследим, чтоб без волокиты обошлось. А парень должен потом всю жизнь радоваться, что получил адвоката дьявола.

Я растерялась:

– Кого?

Александр Петрович усмехнулся.

– Неужели не знаешь? Ты что, латынь не учила? Advocatus diaboli, так называлось в средние века духовное лицо, которому поручалось выступать с возражениями на церемонии канонизации святого в Ватикане.

А в судах ""адвокатами дьявола"" стали называть защитников безнадежного дела, когда никто не верит подсудимому. Все улики против него, хоть дьявола на помощь зови. И ты, моя дорогая, успешно справилась с ролью такого адвоката.

– Что же станет с Павловскими?

– Меру наказания определит суд. Но сначала предстоит психиатрическая экспертиза. И Валерий, и Света, и Виолетта Сергеевна, честно говоря, не похожи на нормальных, но здесь решать специалистам.

– А Альберт Владимирович?

– Академик ни при чем. Родные водили его за нос, устраивая за спиной грязные дела. Единственно, что можно поставить ему в вину, – эксплуатацию аспирантов и присвоение чужих научных работ, но за это не судят. Честно говоря, мне жаль мужика, с него слетело все высокомерие и барство. Просто растерянный, ничего не понимающий старик.

Я вздохнула. А мне не жаль. Пусть теперь потаскается в тюрьму да на зону с передачками.

Жалею только о том, что хозяйственный Лужков построил для женщин комфортабельный изолятор и их перевели из Бутырки. Так что Светлана и Виолетта будут сидеть в приличных условиях, а не в камере на сто двадцать человек. Надеюсь, им отведут место у параши.

ЭПИЛОГ

Теплым июньским днем мы с Аркашкой подкатили к УУ2167. На этот раз в багажнике ""Мерседеса"" не было ни гвоздей, ни краски.

Мы запарковали машину, вылезли и облокотились на капот. Минут десять стояли, поглядывая на КПП.

Вдруг железные ворота медленно, со скрипом отворились, и отрядный вывел Рому. Парень щурился от яркого солнца, в руках он держал большую клетчатую сумку.

Увидев нас, Ромка растерялся и поставил баул на землю. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Потом Аркашка не выдержал:

– Мы тебя ждем!

Отрядный подтолкнул Ромку.

– Ну чего встал! Видишь, тетка приехала, и брательник зовет, давай – ты свободен!

Парнишка подхватил сумку и кинулся к нам, неловко вскидывая ноги."