Мы вернемся!

По совершенно счастливому стечению обстоятельств попали они в руки моих партнёров. Им, кстати, было с ними гораздо проще, чем даже вот с этими двумя прусскими. Просто на одной серьёзной оружейной фабрике произошёл пожар. Нет, вы ничего не подумайте такого, они не были оттуда похищены. Здесь всё чисто! — заверил Лёшку старый еврей. — Но вот её хозяин был вынужден уступить всю эту партию из Валлонии в уплату за просроченные проценты. Вот они теперь и окажутся в русской армии, а не в какой-нибудь другой из стран Европы, где на них сейчас такой большой спрос.

— Да, спасибо счастливому стечению обстоятельств, — усмехнулся Алексей. — Валлонское оружие славится своей исключительной надёжностью. Да и всё это оружие — просто мечта! Но у меня теперь возникли трудности с его доставкой к себе. Столько ружей мне и за три раза не перенести, к ним ведь ещё довольно много всякого идёт из тяжёлых приспособлений. Может быть, я приведу с собой к вам троих надёжных солдат, из тех, кто умеет держать язык за зубами?

Давид Соломонович немного подумал, помолчал и наконец, согласился:

— Я думаю, что здесь нет ничего такого плохого или даже преступного, чем мы с вами тут занимались. Русских штуцеров на прилавке нет, с ваших казённых заводов или с армейских складов ничего на сторону не ушло. А валлонские власти — они ведь о-очень далеко, — и он лукаво улыбнулся. — И не надо вам никуда бегать, ни к чему господину офицеру так суетиться и привлекать к себе внимание. Если вы посчитаете нужным, то я могу отправить к вашим людям своего внука и с вашей же, написанной собственноручно запиской. Тем более что он у вас уже недавно был, — и увидев утвердительный кивок Алексея, громко хлопнул в ладоши. — Мойша!

Буквально через минуты перед дедом предстал уже знакомый Егорову мальчишка. Пока русский офицер писал на поданном ему листе, Соломонович что-то выговаривал на своём языке внуку. Тот только молча кивал и лишь изредка шмыгал носом. Наконец послание было готово, и гонец стремительно выскочил на улицу.

— Балуете вы его, Алексей. Плохо, когда такие большие деньги достаются юнцу за худую работу! — проворчал недовольно Соломонович.

— Ну, малец же ещё, на гостинцы не жалко, — оправдывался Егоров.

— И всё-таки зря, — не согласился дед. — Задание он исполнил своё скверно. Ему было сказано со всей почтительностью к господину офицеру обратиться, а он из мальчишеской шалости крался к вам, словно бы человек, имеющий недобрые или даже преступные намеренья. Хорошо, что ваши солдаты стрелять по нему не стали, как по лазутчику. Да и вообще выдрать нещадно могли, чтобы не шлялся тайно среди военных. Ну да он своё уже и от меня получил. Давайте, пока сюда не подошли ваши люди, мы с вами поговорим ещё об одном интересном для нас обоих деле.