Мы вернемся!

Вы не будете против?

— Да, конечно, нет, — улыбнулся Егоров. — Я буду только рад.

— Хорошо, — кивнул меняла. — Видите ли, Алексей Петрович, наша сделка во многом состоялась благодаря весьма точному описанию того, что вы хотели, и указанию достоверных мест, где это можно было взять. И наши с вами далёкие партнёры, не тратя понапрасну время, именно там всё это как раз таки и смогли найти. Но вот какое дело, — и Давид Соломонович почесал свой нос, — похоже, что они несколько перестарались и вместо обговоренных пятнадцати ружей мне их доставили на две штуки больше, и, к сожалению, не совсем таких, какие бы вы хотели видеть. Я, конечно, высказал нашим партнёрам все свои претензии, и они теперь дико извиняются. Но факт остаётся фактом: у меня здесь ещё два штуцера, — и меняла развёл руками. — Если вы позволите, я их вам сейчас покажу, а вы просто на них посмотрите. Я понимаю, что эти вещи слишком дорогие, чтобы за них нести лишние и незапланированные расходы, но вы всё же посмотрите, — и он показал на сверток, прикрытый плотной материей. Под ним в стороне от всех лежали две нарезные винтовки. Креплений под штык у них не было и, похоже, даже не предполагалось. Стволы были длиннее всех прочих и немного тоньше, а в них виднелось множество винтовальных нарезов. О-очень интересная это была конструкция!

А Соломонович всё продолжал объясняться:"

"— По указанному вами адресу в Ломбардии в городке Сареццо наши партнёры приобрели два охотничьих, а не армейских образца оружия. И я вот теперь вынужден думать, как же мне их отправить обратно.

— Сколько вы хотите за них? — спокойно произнёс Алексей, стараясь не показывать ушлому коммерсанту свою заинтересованность.

— Таки вам интересно это предложение? — расцвёл тот в улыбке.

Лёшка почесал у виска.

— Давид Соломонович, надеюсь, вы понимаете, что я и так хорошо потратился на оружие и лишних денег у меня попросту нет. Да и к тому же, как вы правильно заметили, это вовсе не армейские, не боевые, а просто охотничьи ружья. Но учитывая наши с вами хорошие деловые и партнёрские отношения… Я готов услышать вашу за них цену, и если она будет не чересчур чрезмерной… Хм… То мы сможем вести и дальнейший разговор об их приобретении.

Теперь почёсывал нос уже Давид Соломонович. Он пристально посмотрел на Алексея и, вздохнув, назвал свою цену:

— Пусть она будет составлять полцены от армейского штуцера. То есть три золотых монеты в 500 пиастров за оба этих ружья. Для себя я ничего со сделки не возьму. Я полагаю, что наши партнёры и сами смогут меня отблагодарить, учитывая, что в произошедшем казусе есть только лишь их личное упущение.

У Алексея таких больших османских монет, про которые сейчас говорил меняла, уже не было.