Мы вернемся!

За реку"

"— Главное квартирмейстерство первой армии по указанию императрицы и Военной коллегии спланировало продолжение наступления на турок в конце августа — начале сентября месяца. Но наш командующий принял решение отсрочить его ещё на один месяц, дабы подтянуть к Дунаю все резервы, провиант и боевой припас, так как на своём берегу турки всё уже основательно выжгли, лишь бы это не попало в руки русским, — рассказывал Егорову о сложившейся обстановке фон Оффенберг. — Сейчас Григорий Александрович Потёмкин со своим корпусом демонстрирует туркам намеренье продолжить наступление под Силистрией, дабы заново начать прерванную в июне осаду этой крепости. На остров Кегай, напротив турок, выставлены батареи, которые ведут непрерывный огонь по укреплениям неприятеля. Несколько наших отрядов переправлялись там для поисков и действовали в них весьма удачно. Всем этим мы сковываем основные османские силы и держим их около корпуса Потёмкина. Но наступать мы планируем с других направлений, и самое главное — это вот здесь, — и полковник ткнул карандашом в центр карты. — Гирсово! Вот то место, где одна из частей нашей армии пойдёт вглубь османской территории. Времени у нас мало, впереди осенняя распутица, и нам нужно пробить дорогу на Балканы. В Гирсово поставлен Александр Васильевич Суворов. Зная его, я верю, что этот орешек туркам будет не по зубам. Они уже начали стягивать туда свои силы, намереваясь выкинуть из укреплений русские войска, и, по нашим данным, скоро туда подойдёт особый корпус, обученный новому бою французскими инструкторами и с французским же вооружением. Ты, помнится, Алексей, и сам когда-то изъявлял желание служить под началом Александра Васильевича?

— Так точно, Ваше высокоблагородие, с превеликим удовольствием, — подтвердил Егоров. — Почтём за честь, господин полковник! Рота отдохнула от прошлых боёв, залечила раны, пополнилась и перевооружилась. Пора бы уже и турку бить!

— Хм, перевооружилась, — хмыкнул барон. — Все оружейные склады в армии целые, а у особой роты тридцать пять штуцеров уже в наличии! Тридцать пять, Егоров! Тридцать пять! Во всей нашей армии едва столько наберётся, а тут только одна егерская рота! Признайся мне: у тебя есть своя оружейная фабрика в поместье, или даже близкий родственник заведует оружейными складами в Валлонии, в Пруссии и в Австрии? А-а, да-а, и ещё в Ломбардии, чуть было про неё не упустил.

— Тридцать шесть всего, Ваше высокоблагородие. Вы ещё одну нашу винтовальную пищаль сейчас не учли, — машинально ответил Лёшка, обдумывая вместе с этим, откуда же у господина полковника могут быть настолько точные сведенья о местах рождения их новеньких штуцеров.

— Ну, эта-то точно у тебя трофейная, — хмыкнул Генрих Фридрихович.