Мы вернемся!

 — Рад вам со своими егерями служить!

— Вижу — искренне говоришь! Не для угоды генералу! Глаза рвением горят, ноги в поход просятся! — воскликнул полководец. — Будет у меня для вас дело, капитан-поручик! Думаю, не дадут нам османы тут в покое долго сидеть, как кость мы им здесь в горле. Одно лишь Гирсово нынче на правом берегу за русской армией. Старые крепостные бастионы мы сейчас правим, новые редуты и ретраншементы насыпаем. Но чую — не успеем всё ко времени сладить. Со дня на день жду здесь врага. Дальние дозоры из казачков и гусар все окрестности объезжают, разведку там ведут. Не дают коннице турок себя здесь хозяевами чувствовать. Вашей роте до подхода сюда основных турецких сил надобно будет тоже поиском заняться. Выбьете пару-другую их разъездов — остальные будут бояться близко подходить. Языков постарайтесь взять, приглядывайте за всем в округе. Конница наша по степи будет турок гонять, а вы им в лесах не давайте осесть. Для вас-то это дело привычное. Доходчиво ли я всё объяснил?

— Так точно, Ваше превосходительство! — вытянулся по швам Егоров. — Всё понятно: не дать хозяйничать туркам в лесах, выбить их разъезды, вести поиск с разведкой и постараться взять языка."

"— Молодец, всё так. Ну, давай, иди к роте, Егоров, о провианте для вас и обо всём прочем я распоряжусь, — попрощался с командиром егерей Суворов. — Обстраивайтесь сегодня пока, а с завтрашнего утра приступайте уже к делам, — и откинул полог шатра. — Главного интенданта ко мне, живо!

Последующие три дня для егерей прошли в изучении ближайших подступов к Гирсово. Каждый плутонг имел своё направление для поиска и свой участок, который ему требовалось как следует изучить и нанести на простейшую походную карту. Далеко пока не отходили, двадцать вёрст вокруг крепости надёжно контролировалось русской конницей, и османы сюда особо не совались. Всё изменилось двадцать шестого августа. На рассвете в крепость пришёл ополовиненный гусарский разъезд, через пару часов подскакали трое из выбитого казачьего, а на следующий день от конных карабинеров дальнего дозора домой так никто и не вернулся.

— Османская конница ходит вокруг крепости, турки вконец осмелели, действуют вокруг нас дерзко, вылетают из засады и секут наши дозоры! — докладывал на вечернем совете командир Венгерского гусарского полка барон фон Розен. — Это не те оборванцы, что воевали против нас с саблями и с луками и больше визжали, чем сходились в сече. У этих и отряды большие, и вооружение единое, ничем не уступающее нашему, да и действуют они грамотно, а вот отходить, как прежде, они уже не желают.

— Полагаете, что к нам подошли новые силы конницы, так, полковник? А вскоре можно будет уже и пехоту турок ждать? — Суворов остро взглянул на кавалериста.