На тропе Луны

 – Тебе не надо прикидываться не такой, как все, ты все равно наша самая любимая, самая умная и красивая девочка… пусть даже обыкновенная.

Обыкновенная.

Тот день принес Люське бесценный опыт. Во-первых, она поняла наверняка, что ее старший брат Митька не обычный мальчик. Во-вторых, что мама считает ее обыкновенной девчонкой, такой же, как все. И, похоже, это ее расстраивает.

После Люська неоднократно умудрялась увидеть, что находится в запертых ящиках и коробках, иногда ей даже удавалось что-то извлечь оттуда, не открывая. Она знала совершенно точно, что умеет делать то, чего не умеет больше никто.

Но все ее попытки продемонстрировать это родителям терпели крах. Когда на нее смотрели, она ни с того ни с сего начинала волноваться так, что тряслись руки. И ничего не получалось. Попытки похвастаться подружкам, что ее брат «настоящий волк» тоже были встречены насмешками. К счастью, она вовремя научилась притворяться обычной среди обычных детей.

А потом в деревянную развалюху стоявшую напротив их красивого нового домика приехала соседкина сестра со своей дочкой, Люськиной ровесницей.

В то утро Люська в первый раз в жизни прошла сквозь стену.

Она сидела в комнате и слушала разговор родителей. Один из тех, что не предназначался для ее или Митькиных ушей.

– Мама только что звонила, – сообщил папа, имея в виду свою маму, бабушку Ангелию, которая жила в Вильнюсе и мечтала, чтобы сын с семьей переехали к ней. – Она спрашивала, насколько хорошо Митя научился владеть собой и не проявляются ли хотя бы какие-то способности у Людмилы."

"– Ох, Артур, – ответила мама, – с нашим мальчиком все в порядке, для шести-то лет. В полнолуние, конечно, беда. Но он пока совсем детеныш, так что справимся и воспитаем.

А вот Людмила меня расстраивает. С одной стороны, я бы поверила, что она четырехмерник. С другой – ни одного доказательства, только ее слова. Но они так похожи на обычные детские «я умею летать» или «смотри, мамочка, я слоник»… И это всего лишь слова, на деле у нее не получается ничего. Знаккерство тоже должно было уже проявиться хоть как-то. Мне кажется, пора признать, что наша дочка бездарь. Ничего страшного, ты же тоже не в свою маму уродился. И Лариса Кормильцева даже на десятую долю талантов Александры не получила. Говорят, все досталось ее сестрам. И ничего, живет себе нормально.

– Солнышко, Ларисину жизнь нормальной не назовешь, как и ее саму…

– Но ее растили не мы с тобой. Мы свою обычную девочку вырастим и поможем ей устроиться в жизни. Ну подумаешь, не блистательная судьба между двумя мирами… И без этого можно жить счастливо, ведь так?

Сначала Люська разозлилась – значит, мама считает, что блистательная судьба не для нее? Но потом раздался звук поцелуя. Ох уж эти родители! Люська смутилась.