На тропе Луны

К тому же там против тебя будут охотники – знаккеры посерьезнее и поопытнее, чем этот сопляк-ученичок. Нет, Гедеминас. Мы идем домой. Полнолуние только послезавтра, так что до него и пару дней после тропа продержится. За это время надо решить, как действовать в Трилунье. И тут кое-какие дела в порядок привести.

– Ба, а ты откуда знаешь про Трилунье и вообще?..

Ангелия усмехнулась:"

"– Уж поверь, внучек, я знаю немало. В Трилунье твоя старая бабка не последняя фигура, хотя столько лет не могла туда пройти. Если будем действовать с умом, спасем и твою Карину, и остатки этих сумасшедших мирков. Ну что ты стоишь? Хочешь старушку до смерти заморозить? Шагом марш домой.

Ободренный Митька послушался. Что-то в бабушкиных речах заставляло поверить в… во что? В лучшее? Ну хотя бы что все более-менее начало налаживаться.

– Окей, а что мы будем делать эти четыре дня? – спросил он.

– Что я буду делать, – поправила Ангелия. – Потому что ты, Гедеминас, будешь сидеть в своей комнате и не высовываться. Твоя задача – уцелеть и провести нас в Трилунье, когда я закончу дела здесь.

– Тогда ты мне хотя бы про охотников расскажешь? Если уж они такие для меня опасные. И про знаккеров, а то мы с Кариной даже поговорить толком не успели. И что с Резановым?

– Любопытство сгубило кошку, Гедеминас.

– Кошку, может, и сгубило. А волку это так, на один чих.

Ночью Митька долго лежал не то что не засыпая – вовсе не закрывая глаз. Дело было не в новой непривычной кровати и комнате в коттедже Резановых. В конце концов, в волчьей шкуре ему случалось и в сугробе ночевать. Дело было в том, что ночью, когда никто не видел, четырнадцатилетний Гедеминас Закараускас мог и всплакнуть, думая о погибших маме и папе. Плакать хотелось и от мысли о потерянной сестре. Что уж утешать себя, он потерял Люську не в тот момент, когда понял, что она натворила. Сестренка стала незнакомкой гораздо раньше… и не сразу, а шаг за шагом. А он ничего не мог сделать. Не больно-то и пытался, если уж честно.

А ведь Карина переживала за Люсию, считала ее подругой.

Карина. Стоило о ней подумать, как изнутри разливалось тепло и становилось щекотно в ребрах. И еще вздохи какие-то самопроизвольные вырывались. От мысли, что Карина может вляпаться во что-нибудь реально опасное, просто хотелось с крыши спрыгнуть. Останавливало только то, что отдаленно напоминающая Митьку лепешка Карине уж точно не поможет.

А вот что, ну, вернее, кто может помочь, так это таинственный DeepShadow, подкинувший Карине информацию об архиве. И еще Арно Резанов с его хитрыми штучками. Где искать виртуального осведомителя, у Митьки по-прежнему не было ни малейшей идеи – тот даже в Сеть не выходил. Арноха же находился в этом доме. Его-то и следовало отыскать, прежде чем отправляться в Трилунье.