***надцать лет спустя

В том, что Щукин явится к ней, Сашка сильно сомневался – не в Ларе заключалась основная угроза, тут уж разумнее ждать возле палаты Авдеева, но беспокойство всё равно не отпускало. Кто его знает, на что способен загнанный в угол человек, которому есть, что терять.

- Да всё, как ты и думал – он действительно вел дело по незаконному обороту наркотиков чуть меньше двух лет назад. А потом передал его другому следователю, причем, молодому и неопытному. Тот его за пару месяцев и развалил в ноль.

- Значит, этой Лялей пожертвовали, чтобы глава семейства снова на нары не попал…

Девчонку было жаль.

У цыган по поводу добрачного секса вообще всё строго, а тут её просто подложили под нужного человека. Как именно это получилось, вопрос не такой важный, главное, что теперь табор мог реально подпортить следователю всю оставшуюся жизнь – хоть поправки в закон об отмене срока давности по делам о сексуальных преступлениях в отношении несовершеннолетних ещё и не приняли, но по всему выходит, что примут.

- Не мог Лёха не понимать, что цыгане его всю оставшуюся жизнь за яйца держать будут, - Максим с досады пнул попавшийся под ноги камешек.

– Ему бы по-тихому в отставку подать и уезжать в другой регион…

- В другом регионе пришлось бы заново с низов подниматься. Осталось только понять, за что ему платили.

Этот вопрос был для Чернышова как раз очень принципиальным, потому что вывод напрашивался только один – если Ольга не знакома и не вела дела со Щукиным лично, то тогда это что-то, связанное с Тимофеем. А вот у них четверых, самого Сашки, Макса, Лехи и Тимофея, общим можно назвать лишь Чечню.

Только вот что с того знания, если дальше фантазия упорно буксовала…

В свои догадки они, естественно, посвятили и Тимофея, но тот был занят какими-то своими таинственными делами. И, скорее всего, дела эти были неприятного свойства – по телефону голос его звучал так, будто ещё чуть-чуть и начнет орать благим матом. Что там у него произошло, Чернышов не расспрашивал, захочет, сам расскажет, а если это их никаким боком не касается, то промолчит.

- Слушай, я тебя спросить хотел… - Лихачев на секунду замялся, что было делом просто удивительным.

– Так понимаю, что с Ларисой у тебя всё серьезно?

- Да, а что такое? – не то, чтобы Чернышов опасался поползновений со стороны Макса в отношении Лары. Да и в ней как раз был уверен, но вступление его почему-то напрягло.

- Покаяться хочу. Ты когда в кутузке сидел, я решил подстраховаться, чтобы она не испугалась и не решила тебя кинуть, ну, и намекнул, что ради обычной бабы из прошлого такого не делают. В общем, получается, что не в своё дело полез.