Намбандзин (СИ)
На Японских островах в середине шестнадцатого века был так называемый период Сэнгоку (Эпоха воюющих провинций). В империи Нихон ее правитель тэнно Огимати живет в горной хижине, не в силах собрать деньги для проведения церемонии интронизации. Теряет силу правивший два с лишним века сёгунат Акугава. В это время на историческую арену выходит Ода Нобунага, мало кому известный даймё небольшой провинции, имевший прозвище Большой дурак из Овари, который решает создать централизованное государство. Наш герой в силу обстоятельств помогает ему в этом. После окончания Сэнгоку на Японских островах на две с лишним сотни лет прекратятся войны и, как следствие, закончится эпоха настоящих самураев и синоби (ниндзя) и появится их культ, сильно отличающийся от реальности.
Судя по гонцам, которые сновали между нашей и соседней провинцией, Ода Нобунага провел переговоры со своим старым знакомым Мацудайрой Мотоясу, как теперь звали дайме Микавы. Первый иероглиф его нового имени был последним в имени Имагавы Ёсимото. Такой вот обычай у японцев даровать своему холую иероглиф. Заодно стал приемным сыном сюзерена и вдобавок получил в жены его племянницу, которую сразу после проигранного сражения вывез вместе с сыном из Сумпу, столицы провинции Суруга, в свой родовой замок Окадзаки. Пока род Имагава решал, кто теперь будет у них главным, бывший вассал дал знать Оде Нобунаге, что хотел бы наладить отношения, но пока слишком слаб, чтобы сделать это открыто.
После этого Ода Нобунага занялся северо-восточным соседом. Он понимал, что рано или поздно придется сразиться с Сайто Ёситацу и захватить провинцию Мино или потерять свою. Силенок было маловато, союзников не получалось найти, поэтому обратился к синоби из Каваи. Не знаю, чего и сколько пообещал им, но послы, навестившие замок Киёси, уехали с довольными лицами.
Прошло пять месяцев, а Сайто Ёситацу все ещё был жив, что очень не нравилось Оде Нобунаге. Не знаю, что именно он передал кавайцам, но вскоре в Киёси прибыла их делегация. Не к дайме, точнее, к нему во вторую очередь, а в первую ко мне. Возглавлял ее Като Данзё.
— Никак не можем подобраться к Сайто Ёситацу, — пожаловался он. — В замке очень сильная охрана, причем много синоби из провинции Кога, а за пределы его выезжает редко и окруженный большой охраной.
Синоби из Кога — злейшие конкуренты синоби из Ига. Напрямую не воюют, но стараются при каждой возможности насолить друг другу. Когинцы предпочитают заниматься разведкой и «тихими» убийствами, в первую очередь отравлениями. Владение оружием и рукопашный бой у них в загоне, чтобы развитая мускулатура не выдавала. Обычно изображают хилых, слабых музыкантов, актеров, попрошаек… Такому легче подойти близко к жертве и подсыпать яд в еду или вогнать в тело длинную тонкую иглу шила, вызвав сепсис.
Я не удержался и подколол:
— А в прошлый приезд вы забыли обо мне.
— Не мы о тебе, а ты о нас, — уточнил Като Данзё. — Ты решил вести другую жизнь, и мы согласились с твоим выбором.
— Тоже верно, — молвил я, почувствовав себя виноватым, потому что вспомнил, где живу и какие здесь традиции верности своему клану,
Узнав о моем решении помочь синоби, Ода Нобунага дал добро и даже выделил лошадей делегации из Каваи.

















