Нас просто не было. Книга вторая

Рядом с ним было больно находиться, но я была готова сколь угодно терпеть эти мучения, лишь бы иметь возможность смотреть на него, слышать его шаги, чувствовать его запах.

Такси видим чуть поодаль и молча, не сговариваясь, идем к нему. Я разрываюсь между противоречивыми эмоциями. Рада до невозможности, что сейчас уеду и готова упасть на колени, царапая стылую землю ногтями от желания побыть рядом с ним ещё хоть пару минут. Пару мгновений. Мучительных, перекрывающих кислород, но дающих силы жить, надеяться на что-то хорошее.

Слабая. Слабовольная. Γлупая."

"Зорин первым подходит к машине, стучится в окошко рядом с водителем.

Сквозь туман, заволакивающий сознание, слышу, как он договаривается, называет мой адрес. Обреченно впитываю каждый жест, не отрывая взгляда от точеного профиля, пытаясь напоследок запечатлеть его образ, как можнo четче, резче, глубже, в самом сердце выжечь. Чтобы прикрыв глаза, видеть его как наяву.

– Давай, Кристин, карета готова, – чуть улыбнувшись, сказал Αртем. Только улыбка не та, что я помню. Другая, дежурная, рабочая. Он все так же закрыт.

– Спасибо, - шепчу, и на последних звуках голос срывается.

Поджимаю губы, потому что они снова тряcутся, дрожат. Нет сил.

Поднимаю на него вымученный взгляд, уже не пытаясь ничего скрыть. Мне плевать, если он увидит мою боль, тоску, отчаяние. Плевать. Я уже далеко не та холодная кукла, которая играючи от всего отмахивалась. Я другая, живая, и мне чертовски больно.

Темка смотрит в ответ, не проронив ни слова. Внимательно, пронзительно, забираясь взглядом под кожу.

На, Тём, смотри, мне нечего скрывать. Я наворотила столько ошибок, что и на десятерых хватит, но заплатила за них высокую цену. И сейчас мне нечего скрывать, незачем прятаться.

Я такая, какая есть.

Смотри. Вот она я, стою прямо перед тобой. Живая, отчаянно несчастная... твоя, хоть тебе это больше и не надо.

Сажусь в машину, пристегиваюсь и киваю водителю.

Плавно трогаемся с места и выворачиваем с парковки на дорогу. Сижу, как парализованная, зажмурившись, привалившись к спинке сиденья, вжавшись в нее. Я не смотрю в окно, не смотрю по сторонам. Мне ничего не надо. Меня ничего не интересует.

С каждым лишним метром между нами сердце бьется все надрывнее. Это невыносимо. Уезжать, зная, что он сейчас пойдет обратно, к своим друзьям, к своей девушке.

Будет продолжать свой вечер, а я еду одна домой по пустынным улицам города, не имея права ни остаться, ни позвать с собой. Господи, дай мне сил.

Путь до дома я совершенно не помню. Мне кажется, как отключилась ещё там на парковке, утонув в своих мыслях,так всю дорогу и провела. Очнулась,только когда водитель несколько раз тактично кашлянул. Перевожу на него стеклянный взгляд, потом на окно, с удивлением обнаружив свой двор.

– Сколько с меня?

– Нисколько.