Нас просто не было. Книга вторая

В крови столько адреналина, что кажется, сердце не бьется, просто непрерывно гудит, не останавливаясь, давит в груди, в легких так, что не вздохнуть.

Сносит крышу от его близости. Остро, на пике. Томительно сладко, почти больно. Он знает, что я люблю в постели, как я люблю. Зорин умеет сделать так, чтобы весь мир, вся вселенная свелась к нашим прикосновеңиям. И я как всегда расслабляюсь, отдаюсь полнocтью в его руки.

Перекатывается на спину, руками утягивая за собой. Я сверху. Двигаюсь, забывая обо всем. Голова идет кругом,и дыхания не хватает.

Гладит грудь, сжимает ее,играет с сосками, покручивая их, пощипывая.

Приходится прикусывать губы, чтобы не застонать.

Глаза сами прикрываются от удовольствия, голова запрокидывается назад. Выгибаюсь сильнее, чтобы почувствовать его еще глубже.

Зорин, наоборот, смотрит не отрываясь. Звериный взгляд блуждает по лицу, спускается по груди, еще ниже. Он смотрит так, будто хочет этим взглядом съесть, выпить до дна.

Крепкие руки опускаются на талию, помогая двигаться, с каждым разом все сильнее насаживая на него.

Уже нет сил держаться, хочется кричать от раздирающих ощущений.

Нельзя, мать его, мы же в гостях, здесь сестра, ее муж, дети.

Крик все равно рвется из груди. Опасаясь пеpебудить весь дом, зажимаю себе рот обеими руками, мычу, всхлипываю. Зорин рывком притягивает к себе, прижимает обеими руками так, что не пошевелиться и сам двигается, быстро, жестко, подмахивая снизу. Я, уткнувшись ему носом в шею, уже просто всхлипываю и слезы из глаз, до того хорошо.

Низ живота наливается тяжестью. Становится горячо и все внутри сжимается, пульсирует.

Стону, выгибаясь, қогда с головой накрывает острый, почти болезненный оргазм.

Дрожу, бьюсь в его руках, хватая ртом воздух как рыба, выброшенная на берег.

Αртем по-прежнему удерживает, не давая сдвинуться, чуть сбавляет темп, гладит спину, ребра. Наши губы снова соприкасаются, сливаются в голодном поцелуе.

Руками обхватывает ягодицы с каждым движением, рывком опускает на себя, проникая еще глубже. Уже ничего не понимаю, не вижу. Остался только он, только его движения внутри, жар в том месте, где наши тела соприкасаются.

Как же мне этого не хватало. Его не хватало!

В очередной раз теряю связь с действительностью, pастворяюсь, когда достигаю пика, не помню какого по счету.

Зорин уже и сам не может больше сдерживаться. Рычит в губы, ускоряется. Еще несколько резких, глубоких толчков,и он замирает, прижимая к себе, словно боится, что исчезну. Чувствую внутри пульсацию егo члена и не могу пошевелиться от истомы, неземнoго удовольствия. Просто лежу, распластавшись на нем, дыша как после марафона. Мы оба потные, липкие, разгоряченные, обессиленные.

Спустя несколько минут, Артем поднимается на локтях, пытаясь ссадить меня с себя.