Изобличитель. Кровь, золото, собака

Газетные сенсации недолговечны, а новые знамена «либералы» и «реакционеры» меняют слишком часто, но все равно, немало воды утечет, прежде чем о «самбарском Шерлоке Холмсе» забудет читающая публика и грызущиеся меж собой либеральные и консервативные полчища… К черту! Лучше всего – отставка, неважно, с какой формулировкой. Вернуться в Красноярск, разумно распорядиться дядиным наследством, подыскать какое-нибудь занятие и ждать, пока Ванда закончит гимназию, а потом по всем правилам просить ее руки. Правда, и при таком обороте дела газеты еще долго не оставят его в покое, но с ним будет Ванда, а она, Ахиллес яростно верил, обязательно дождется.

Благо ждать придется даже не год – девять месяцев. И над ним, человеком штатским, более не будет нависать обязанность вступать в брак не ранее двадцати трех лет."

"Подходя к воротам, он уже решил, что прежде всего займется поисками уставов и их инвентаризацией – но, оказавшись во дворе, изменил намерения самым решительным образом. Дворник Никодим откровенно бездельничал: сидел на лавочке у дворницкой и лениво стругал ножом какую-то палочку.

– Что, нечем заняться, Никодим? – спросил Ахиллес, усмотрев прекрасную возможность утешить душу и без спиртного.

– Нечем, барин, вроде все по двору переделал… – Он заметно оживился. – Что, жижицу изволите предложить?

Как Митрофан Лукич оказался решительно не способен выговорить имя «Ахиллес», так и Никодим превратил «джиу-джитсу» в «жижицу».

– Пожалуй, – сказал Ахиллес.

– С полным нашим удовольствием! – Никодим проворно отложил ножик и разлохмаченную палочку.

– Сейчас, только переоденусь, – сказал Ахиллес и пошел к себе во флигель.

Переоделся в солдатскую гимнастерку и шаровары, за его деньги сшитые ему в полковой швальне, натянул старые стоптанные уже сапоги. Извлек из чуланчика все необходимое для очередного занятия джиу-джитсу снаряжение: толстую палку длиной в аршин, контур ножа, вырезанный из толстого войлока, детский пугач, игравший роль револьвера, «камень» (эту роль исполнял набитый песком мешочек из грубого полотна) и напоследок – деревянные вилы и косу, за полтину старательно выструганные тем же Никодимом.

Следовало учитывать российскую специфику: это на Шерлока Холмса или Лекока никогда не бросались с вилами или косой, а в нашем отечестве сыщик может столкнуться с противником, использующим и такие подручные средства…

– Отнеси, – кивнул он Артамошке, кивнув на все это добро.

Денщик сгреб все необходимые принадлежности в охапку.