Научу тебя плохому (СИ)

Марк останавливается где-то на середине пути, судя по всему возле своей комнаты, но уже спустя мгновение появляется в дверях кухни с широченной улыбкой на губах.

- Есь, пойдём че покажу, - произносит с порога.

А я смотрю на него, как баран на новые ворота и с места сдвинуться не могу. Перед глазами не к месту всплывают последние часы нашего общего безумия и я понимаю, что если сейчас пойду с ним, то в очередной раз все может закончится в горизонтальной плоскости.

Господи! О чем я только думаю?

- Есь.

- З...зачем?

- Как зачем? Подарок смотреть.

- А может не надо? - сглатываю возникшую во рту, вязкую слюну.

Я уже представляю себе, что там за подарок.

Только подумав об ассортименте магазина, я вспыхиваю, словно спичка. Боже, ну не мог же он всерьёз.

А что если да? И это привёз Темыч!

Я же от стыда сгорю, ни о какой работе на складе тогда точно и речи не будет, я туда просто не сунусь.

- Мышка, ты чего себе напридумывала? - удивляется Марк.

Да чего только не напридумывала!

— Мыыышка… — тянет, соблазнительно понизив голос и добавив ему хрипотцы. — А ну-ка, о чем ты подумала? Вот же! Понял ведь все, гад! А теперь издеваться будет.

Он делает шаг ко мне навстречу, а я, будто ужаленная в одно стратегическое место, вскакиваю со стула и произношу быстрее, чем следовало бы:

— Ничего, пойдём. Прежде, чем Марк успевает спохватиться, и вообще опомниться, я проскальзываю между ним и дверным проемом, и двигаюсь в направлении спален. Останавливливаюсь у комнаты Марка, дверь в спальню открыта. Мой взгляд совершенно случайно цепляется за большое, коричневое нечто, напоминающее крупного плюшевого зверька, и только присмотревшись внимательнее, я узнаю в этом зверьке ежа.

— Ну чего ты застыла, проходи, — неожиданно рядом возникает Марк. Подтолкнув меня вперёд, он входит в спальню следом за мной. А я смотрю на большого плюшевого ежа и улыбаюсь, как умалишенная.

Отчего-то так тепло на душе становится. Такая простая, казалось бы, игрушка, а у меня слезы на глаза наворачиваются. Подхожу ближе к кровати и вдруг понимаю, что ёж «сидит» на большой, плоской коробке, обернутой в подарочную бумагу. Вот тут вот мне вновь зарождаются сомнения, а фантазия уже рисует возможное содержимое коробки.

Правда, форма и размер не соответствуют ничему из того, что приходит в голову.

— Так и будешь стоять? Может откроешь? — слышу за спиной голос Марка, но с места все равно не двигаюсь.

— Что это? — задаю, наверное, самый глупый вопрос из всех, что могли прийти в голову. — Открой и узнаешь. Ну же, Мышка, смелее, там все прилично. Неуверено подхожу к кровати, убираю мягкого наощупь ежа и, присев на самый край матраца, беру коробку и начинаю её распаковать. Быстро не получается, руки трясутся от волнения.