Навеки мой

– Спроси совета у опытного игрока.

Филипп рассмеялся:

– Я знаю такого! Миссис Кэмпбелл играет лучше любого мужчины. Спрошу у нее.

Имя возлюбленной, сорвавшееся с губ Филиппа, застало Джека врасплох.

– Нет, – заявил он, – только не Софи.

– Я так и знал! – Филипп вскочил. – Все дело в ней.

Проклятье! Джек выдал себя, произнеся ее имя. Он медленно повернулся к брату.

– Нет, – повторил он. – Ты не станешь с ней разговаривать.

– Да уж, мне запрещено говорить с ней о чем-либо, даже о картах. Да и как мне сделать это, если каждый вечер ты стоишь у меня за спиной и следишь, чтобы я соблюдал дистанцию. И все это якобы вовсе не потому, что она тебя интересует! Ты вынудил ее сыграть с тобой в кости после того, как унизил меня на глазах у посетителей клуба, а потом увез в неизвестном направлении, чтобы вокруг все болтали о ее нравственности. – Филипп с отвращением покачал головой. – Можешь лгать себе сколько угодно, только не убеждай меня, что ты ее не хочешь.

– Это не твоего дело! – огрызнулся Джек.

– Вот как? – усмехнулся Филипп. – Она была моим другом, пока ты не положил на нее глаз. Как возможно, чтобы ты имел на нее больше прав, чем я?

– Больше ни слова о ней! – Джек, с трудом держа себя в руках, развернулся и шагнул к двери.

– Она заслуживает лучшего, Вэр.

Джек остановился. В голосе брата прозвучала угроза. Филипп замер посреди комнаты, точно приготовившийся к бою боксер: ноги расставлены, пальцы сжаты в кулаки.

– Не тебе решать, чего она заслуживает.

– Но и не тебе!

Джек отшатнулся, а Филипп бросил на него исполненный ненависти взгляд:

– Ты уже достаточно сделал, тебе не кажется?

– О чем, черт возьми, ты говоришь? – воскликнул Джек."

"– Утащил ее в Олвин-Хаус, будто римлянин порабощенную сабинянку.

Джек вздрогнул.

– Не только я один не поверил в ее россказни, – продолжил Филипп. – Но, пожалуй, лишь я знаю о твоей привычке сбегать в Олвин-Хаус на несколько дней. Дом расположен очень удобно для тайного соблазнения.

Джек шагнул к брату. Они не дрались уже много лет, но у Джека так и чесались руки проучить мерзавца.

– Прикуси свой чертов язык!

– Пожалуй, я тоже дам тебе совет. Софи Кэмпбелл не согласится стать твоей любовницей, так что оставь надежду.

– Заткнись!

– Ну уж нет, – огрызнулся Филипп. – Оставь ее. И ради бога, сделай это до того, как объявишь о своей помолвке с Люсиндой.

Джек замер.

– Что?

Брат покачал головой, и в его глазах промелькнула насмешка.

– Мама сообщила мне. Узнав об этом, Софи не захочет иметь с тобой дела. Она отвергает всех женатых мужчин, пытающихся оказывать ей знаки внимания.

– Я не помолвлен, – возразил Джек, сердце которого готово было вырваться из груди.

Филипп скептически вскинул брови.

– Почти помолвлен – это все равно что женат.