Навеки мой

Софи снова рассмеялась, скрестила ноги и приподняла подол платья еще на несколько дюймов, чтобы Джек видел, как она шевелит пальцами. Бросив на пол альбом и карандаш, он быстро пересек комнату и опустился перед Софи на одно колено и воскликнул:

– Бессердечная девчонка! Как не стыдно дразнить своего несчастного мужа подобным образом…

Она обвила его шею руками.

– Смиренно прошу прощения. Как я могу загладить свою вину?

– Ну уж нет. Я собираюсь тебе отплатить. Бойся своих желаний, дорогая… – Рука Джека легла на лодыжку жены, а потом скользнула выше. – Я уже рисовал тебя обнаженной, теперь опять хочу увидеть тебя такой.

Софи охнула и рассмеялась. Однако через мгновение у нее перехватило дыхание, когда Джек наклонился и прижался губами к пульсирующей у основания шеи жилке. Софи прижала голову мужа к груди, наслаждаясь ощущением растекающейся по телу горячей волны. Теперь обе руки Джека скользнули под юбку, и по спине Софи пробежала дрожь. Пять недель брака ничуть не остудили ее желания ощутить на своей коже прикосновения Джека. Все остальное по-прежнему казалось странным и сбивающим с толку, начиная с холодного отношения свекрови и заканчивая роскошным новым гардеробом и тем, как раскланивались перед ней слуги. Однако, когда они оставались с Джеком наедине, все возвращалось на круги своя.

Раздался стук в дверь. Однажды Уилсон застал молодоженов за жаркими поцелуями в столовой, и с тех пор никогда не входил в комнату без стука. Софи очень ценила это, хотя Джек, с детства окруженный множеством слуг, не считал это чем-то особенным.

На сей раз ни один из них не отреагировал на стук. Но он повторился. Когда же в дверь постучали в третий раз, Джек поднял голову и раздраженно крикнул:

– Да?

Софи в расстегнутом измятом платье лежала на диване вне пределов видимости, когда в библиотеку вошел дворецкий.

– Ваша светлость, какая-то молодая дама желает видеть герцогиню. Ее имя – леди Джорджиана Лукас.

Софи испуганно охнула, а Джек прижал руку к ее груди.

– Она весьма взволнована, ваша светлость, – добавил Уилсон. – Говорит, дело срочное.

Софи схватила Джека за запястье. На подбородке у него дернулся мускул.

– Проводите ее в голубую гостиную и скажите, что ее светлость скоро придет.

– Хорошо, сэр.

Дверь тихо закрылась, и Софи села.

– Что тут делает Джорджиана?

– Действительно – что? – Джек уныло наблюдал, как жена, вернув лиф платья на место и теперь пыталась застегнуть его.

Софи покачала головой.

– Она бы никогда не явилась без предупреждения, если бы дело не было важным. Что же случилось?"

"– Какие-нибудь проблемы с женихом, – предположил Джек, неохотно помогая жене одеться.

– Наверное, – с сомнением протянула Софи.