Навеки мой

Сомневаюсь, что ею кого-то убили. Если только враги моей семьи не пытались проникнуть в дом через дымоход.

Разочарованно вздохнув, Софи положила на место кочергу, которая просто обязана была оказаться копьем.

– Как прозаично.

Джек улыбнулся:

– Я вас предупреждал.

У Софи пропало желание открывать другие ящики. Она оглядела стоявшие рядом сундуки.

– Что это? – Она указала на небольшую серебряную эмблему на одном из них.

Герцог посветил лампой. При этом его плечо коснулось локтя Софи, отчего по ее телу пробежала дрожь. Она отстранилась и машинально потерла локоть. Ей следовало отойти еще дальше, но не позволяло пространство. Софи застряла между ящиками, возвышавшимися у нее за спиной, и маячившими впереди широкими плечами и златокудрой головой. Герцог практически опустился на колени у ее ног, так что ей было бы удобно погрузить пальцы в его растрепавшиеся шелковистые волосы."

"Софи заставила себя поднять голову и рассмотреть деревянные перекрытия. Хозяин дома казался ей невероятно красивым. Сегодня он был очень добр и удовлетворил ее желание побродить среди старой мебели. Прежде чем Софи успела себя остановить, в ее памяти всплыли слова Джорджианы о том, что ей надо заставить какого-нибудь джентльмена из клуба «Вега» влюбиться в нее. И Софи не могла забыть о том обстоятельстве, что познакомилась с герцогом Вэром именно в данном клубе.

В большинстве случаев она держала на расстоянии вытянутой руки мужчин, с которыми играла за одним столом. Ведь ей не хотелось стать женой заядлого игрока. Но герцог Вэр не был игроком. И совсем не походил на холодного зануду, описанного Филиппом. Он был очень привлекательным, особенно когда улыбался. И, кажется, испытывал влечение к ней. Внезапно по телу Софи прокатилась теплая волна при мысли, чтобы начать флиртовать с ним здесь, в этом полутемном укромном уголке, где находились лишь только они…

– Монограмма моей бабушки, – объяснил герцог. – Буква В от имени Вильгельмина под короной. – Он поднялся с колен и встал рядом с Софи. – Она была превосходной наездницей и даже в преклонном возрасте содержала целую конюшню отменных скакунов.

Софи пыталась не обращать внимания на почти касающуюся ее руку герцога. Ведь стоило ей чуть повернуться, и она непременно окажется в его объятиях.

– Вильгельмина, – протянула она. – Какое необычное имя.

– Ее отец был прусским эрцгерцогом. Брак состоялся, поскольку мой прадед считал, что сможет умаслить Георга Второго, если его сын женится на представительнице династии Ганноверов.

– Конечно.

Герцог раздраженно вздохнул.

– Да, устраивая этот брак, руководствовались политическими мотивами. Но они симпатизировали друг другу, и мой дед не ссылал жену в отдаленное поместье. Напротив, он во всем ей потакал.