Навеки

Я подумала о дочери и племяннице, о том, насколько я люблю их, и мне сделалось тошно. Смогла бы я жить, если бы моих девочек продали?

– С тобой все в порядке? – спросил Линк.

– Да, но мне не по себе. Неудивительно, что духи все еще здесь. Они до сих пор жаждут найти своих любимых. Но, Линк, почему именно ты можешь их чувствовать? Я не ощущаю в тебе экстрасенсорных способностей.

– Здоров, заболеваний не обнаружено, – прокряхтел он, садясь на корточки, чтобы проверить нижний ящик. – Возможно, я прихожусь родственником кому-то из рабов, если не всем.

Я улыбнулась.

– Не похоже, что ты только что сошел с невольничьего корабля. У тебя кожа того же оттенка, как у моего мужа, когда он загорит. Должно быть, в роду была белая бабушка.

– Или дедушка, – сказал он, вставая и вручая мне старинную фотографию. Я посветила на снимок.

На заднем плане виднелся кирпичный дом, в котором мы сейчас находились. Впереди стояли высокий, белый, пожилой мужчина и четыре темнокожие женщины. Их окружали приблизительно дюжина светлокожих детишек.

– Думаю, Дельфия пошла в своего предка, – заметила я. – Он не хотел тратиться на…

Я посмотрела на Линка.

– На осеменителя?

– Подходящее название.

– Поэтому хозяин делал трудную работу сам, – закончил мысль Линк.

Я оглянулась на шкафы.

– Думаешь, здесь прописаны твои родственники? Это объяснило бы, почему духи рабов стекаются к тебе.

– Ничего не знаю о своих предках, – признался Линк. – К моим родителям в гости заходили только сослуживцы. Мама как-то упомянула, что у нее есть сестра, но я никогда не видел тетку. И никогда не слышал, чтобы отец говорил о своих родных.

В его словах чувствовалась печаль, хотя в голосе не звучало жалости к себе.

– Сожалею, – сказала я, протягивая руку к его сердцу. Хотелось успокоить Линка и попытаться излечить его боль.

– Знаешь, какой самый лучший способ заставить меня забыть?

Я тронула Линка, и его мысли помчались по моей руке. Я живо увидела нас двоих в одной постели, я сверху, чулки сняты, застежка на комбинации расстегнута.

Я отскочила как ошпаренная.

– У тебя извращенный ум, – припечатала я.

– Значит, ты лгала о неспособности читать мысли?

Секунду я лишь недоуменно моргала, а затем снова прикоснулась к широкой груди.

– Подумай о чем-то еще. Не о сексе. Подумай о первом школьном классе.

Я закрыла глаза и увидела его.

– Богатый, – отметила я. – Ты в униформе, это частная школа. Ты хороший ученик. Очень умный. И популярный. Все дети тебя любят.

Убрала ладонь с его груди и взяла Линка за руку.

– Подумай о чем-нибудь еще.

Интересно, мне удалось прочитать его мысли лишь благодаря прикосновению к сердцу?

– Ты считаешь, что я должна вернуться домой. Опасаешься, что мне причинят боль.