Картофельное счастье попаданки (СИ)

Не понимаю, как наш король и его сын могли одобрить этот жестокий план?

Я не была знакома ни с королем Арвитании, ни с его малюткой-дочерью, но у меня слёзы навернулись на глаза, как только я подумала о том, как ужасно с ними поступили

— Кто мог знать, что дело закончится именно этим? — развел руками месье Рикардо. — И справедливости ради могу сказать, что старший сын нашего покойного короля (тот самый, который должен был участвовать в поисках ребенка) решительно воспротивился этому замыслу. А когда король Теодор попытался его заставить, его высочество заявил, что вовсе отказывается от права наследования короны.

— Он поступил как благородный и честный человек, — одобрила я.

— Да, мадемуазель, — хмыкнул хозяин. — Но, полагаю, он давно об этом сожалеет. Потому что через два года его отец король Теодор скончался, и если бы не этот демарш, то теперь старший принц уже правил бы Терезией. А так на престол взошел его младший брат, и я не могу сказать, что это пошло нашей стране на пользу.

Тут старик испугался, что сболтнул лишнего, и торопливо поднялся и посмотрел на часы, давая понять, что разговор окончен.

Глава 51Когда я вышла на улицу, меня окликнула высокая пышная женщина с чепцом на голове. Она шла ко мне со стороны «Сдобной пышечки», и я узнала в ней хозяйку кондитерской. Румяная, светловолосая, она и сама походила на большую сладкую пышку. Я видела ее несколько раз за прилавком, когда заходила в ее заведение, чтобы купить Армель пирожных и конфет. Себе самой я сладости не покупала — мы находились в режиме экономии.

— Простите, мадемуазель! — обратилась она ко мне. — Это ведь вы недавно открыли чайную в доме месье Краузе?

— Да, мадам, — подтвердила я.

— Не хотите ли купить у нас кое-что из кухонной утвари? Я отдам задешево, не сомневайтесь. У нас есть самые разные формы для выпечки коржей, воронки для крема, венчики.

— Мы пока стеснены в средствах, мадам, — честно призналась я.

— О, я могу подождать с оплатой пару месяцев! — великодушно предложила она. — Мне очень не хочется выкидывать вещи, которые еще могут сослужить кому-то хорошую службу.

— Выкидывать? — удивилась я. — Вы купили новые?

— Ох, нет, мадемуазель! — замахала она руками. — Всё дело в том, что я выхожу замуж, — тут ее щеки залились румянцем, — и муж мой, чиновник в муниципалитете, решительно против того, чтобы я держала кондитерскую.

Мне пришлось ее продать, а новый владелец вовсе не кондитер. Он шляпник, мадемуазель! И ему нипочем не нужна моя посуда.

Про мужа-чиновника она сказала с гордостью.

— Поздравляю мадам. Я охотно купила бы у вас кое-что, но выпечкой кондитерских изделий у нас некому заниматься. Сама я в этом не сильна, моя помощница тоже. Ваши восхитительные пирожные и торты кажутся мне чем-то волшебным.