Картофельное счастье попаданки (СИ)

А вот непосредственно в Анси я предпочла бы оказаться в одиночку. Графу могло показаться странным, что я ничего не помню о своем детстве и не знаю, где именно находился наш дом. Впрочем, я надеялась, что версия с пансионом, в который меня якобы отправили в пятилетнем возрасте, хотя бы частично это объяснит.

Карета его сиятельства подъехала к чайной ранним утром следующего дня. Эмма пожелала мне приятного путешествия и заверила меня, что я могу полностью на нее положиться.

В экипаже, помимо графа Кэррингтона, сидела пожилая женщина в дорожном платье, которая назвалась Жанеттой. Я расположилась на лавке рядом с ней и напротив его сиятельства, и мы тронулись в путь.

Окрестности Гран-Лавье я знала уже достаточно хорошо, но когда мы отъехали от города на достаточно большое расстояние, я стала чаще выглядывать из окна. Впрочем, открывавшиеся из него виды не отличались большим разнообразием — поля с золотистой рожью, луга с пасущимися коровами и маленькие деревеньки с домами с соломенными крышами. Не удивительно, что Жанетта предпочла мирно дремать почти на протяжении всего пути.

— Давно ли вы не бывали дома, мадемуазель? — спросил граф после того, как мы побеседовали с ним о погоде. — И остался ли там у вас кто-то?

Я решила не скрывать той правды, что не могла мне навредить.

— Очень давно, ваше сиятельство. Я почти ничего не помню из своего детства, которое прошло в Анси. После смерти отца мы с матушкой уехали оттуда, а вскоре она поместила меня в пансион, где я и находилась до недавнего времени.

Я шла по тонкому льду. Даже самые простые мои ответы могли натолкнуть Кэррингтона на дополнительные вопросы, а именно этого мне хотелось бы избежать. Но и совсем промолчать было бы странно. И я решила, что все несоответствия, которые могут возникнуть, я могу списать на Констанцию Бриан. Ведь из своего раннего детства я могу помнить лишь то, что рассказала мне она.

— А большая ли семья у вас, ваше сиятельство? — я предпочла переключить разговор на него самого — это была более безопасная тема.

— Нет, — ответил он. — Моих родителей тоже уже нет в живых. Есть только младший брат, с которым мы давно не виделись.

Похоже, он хотел говорить о своей семье столь же мало, сколь и я, и некоторое время мы ехали в полном молчании. Потом я увидела красивую реку под мостом, по которому мы проезжали, и его сиятельство сказал, что это Тура, которая берет свое начало в Алзейский горах и течет до самого Терренвиля.

Он деликатно не касался вопросов, связанных с чайной, но полюбопытствовал, кем мне приходится Армель. Тут я не стала скрывать ничего и поведала ему, как девочка у меня оказалась.

— Она похожа на вас, — улыбнулся он. — И у нее благородные черты лица. Возможно, бродячие артисты похитили ее из какой-то хорошей семьи.