Назад в СССР: 1985. Книга 4

Наверняка, сверху пришло четкое указание вернуть всех «гуляющих» обратно в центр. Но кто теперь курирует подразделение «Барьер»?

Дождавшись отбоя, рухнул на кровать и откинув мысли, мгновенно заснул.

Довольно давно я не видел снов. А те, что были, касались только самой аварии или частично захватывали саму АЭС… В них я видел то некую мотивацию, если она у меня проседала, то моральную поддержку, чтобы быстрее принять верное решение. То просто, своими глазами видел всю жуть того, что бывает, когда мирный атом вырывается из-под контроля… Но этот сон, или видение, если угодно, оказался совсем другим, причем во всех смыслах.

Я был на Янове. Стоял на железнодорожной станции, в гражданской одежде, с рюкзаком на плече. Внимательно смотрел на виднеющуюся вдалеке вентиляционную трубу четвертого энергоблока… Она так далеко, но даже когда я был близко, все равно ничего не мог сделать. А время шло, приближался восемьдесят шестой год… В том, что за аварией кто-то стоит, я уже не сомневался…

Мне нужно было действовать радикально. Но мыслей на этот счет у меня не было. Пока не было. Однако оно пришло уже в следующую секунду… Мне нужно бежать из строительного батальона, все равно ничего полезного я там не сделаю. Да и в скором времени, наверняка придет указание убрать с объекта строительства военных.

К этой мысли я пришел неожиданно. Ведь в моем восемьдесят шестом году, у железнодорожной станции уже никаких строительных батальонов не было. Значит, не будет и в этом времени. Нужно только подстегнуть это решение…

Но быть может, что-то изменится и меня перекинут еще куда-нибудь? Например, во внутренние войска, обеспечивающие охрану Чернобыльской АЭС? Опыт есть, и он куда шире, чем у дуболомов, вроде того же Сипкина…

Наверное, это все же не сон. Что-то иное. Совокупность моих мыслей, переживаний и нерешительности.

Я и сам не понял, как проснулся. Просто очнулся уже за завтраком, в столовой.

Нас по-прежнему было шестеро. Горчакова все еще не было и это показалось мне странным — куда он запропастился?

Говорить ни с кем не хотелось. Я просто доел свою овсяную кашу, принялся за чай. Вдруг, на входе появился старший лейтенант Озеров.

— Закончить прием пищи! Встать! Построение на плацу перед казармой, через три минуты. Время пошло!

Все шестеро оставили тарелки, надели головные уборы и бегом бросились к выходу. Уложились точно в срок — перед казармой уже стояли офицеры, во главе с командиром. Справа от них я увидел старшину Горчакова.

— Становись, равняйсь! Смирно! — скомандовал Корнеев.

— Товарищи курсанты! — слово взял капитан Гнездов. Голос у него был мрачный. — У меня для вас плохие новости. Командованием принято решение расформировать наше подразделение!

Из строя посыпались вопросы.