Назад в СССР 9

Леха трупов не боялся, но морги не любил. Говорил, что они ему аппетит портят. Он потом ужинать нормально не может.

— Нет, вы с Погодиным дуйте на место происшествия и ищите карту. Наверняка местные ее, как всегда, прошляпили. Найдете, организуйте сохранность до моего приезда. Дело к производству приму и дополнительным осмотром ее изымем.

Никита Егорович проговорил это уверенно, нисколько не сомневаясь, что очередная карта окажется на месте нового убийства. Мне бы его уверенность.

— Так пускай Алексей с Васей едет, — возмутился уже Погодин. — Я с вами в морг прокачусь.

— Зачем? — Горохов недоуменно вскинул на него бровь.

— У меня с местными судмедэкспертами контакт налажен, — хитро улыбнулся Федя. — Я вам пригожусь.

— Когда успел? — следователь одобрительно кивнул.

— Когда экспертизу по Бочкину забирал, — расплылся в улыбке Федор. — Верочка мне ее с пылу с жару отдала. С конвейера, можно сказать, сняла. Подождать пришлось, правда, немного. Чаек ее попробовать на травках.

— Чаи в морге распивать, — нахмурился Горохов. — Сомнительное удовольствие. Так и быть. С нами поедешь. Светлана Валерьевна, остаешься в кабинете за старшего. Будь на телефоне.

В итоге в местное Бюро судебно-медицинской экспертизы нагрянули втроем. Впереди, как бывалый завсегдатай «обители мертвых», шагал с гордо поднятой головой Погодин. Следом Никита Егорович, я замыкающий. В коридоре нас встретила Титова. Возле нее терлась еще парочка судмедов мужской небрежной наружности. Завотделения все так же в безупречно белоснежном халате. Крахмалит она его, что ли?

— Вера Павловна! — Погодин подпорхнул к ней зябликом. — А мы к вам по поводу сегодняшнего трупа.

— Вскрытие еще не проводили, — улыбнулась Вера, только улыбалась она почему-то мне, а не Феде.

Тот даже бочком подвинулся, чтобы перекрыть ее обзор, задвинул меня спиной на задний план. Собственно, я ему мешать не собирался и сам сделал полшажка.

— Мы хотели бы взглянуть на труп, — деловито заметил Федя, взяв на себя временно функции Горохова.

На что следователь лишь беззвучно хмыкнул, но промолчал. Феде позволительно. По крайней мере, иногда и в определенных обстоятельствах.

— Да, конечно, — кивнула медичка, выглянув из-за спины Федора. — Прошу за мной.

Мы вошли в помещение смотровой. На столе из нержавейки с желобками кровотоков лежал уже обнаженный труп мужчины. На синюшном лице застыла маска посмертных мук. Твою мать! Я сразу узнал это лицо…

Глава 8"

"Рыжие волосы и кожа от веснушек в крапинку, как скорлупа перепелиных яиц. Это был Миронов. На правом плече трупа красовался рисунок, выведенный фиолетово-синим красителем — оскаленная волчья голова. Глаз смазан, отчего казалось, что хищник злобно прищурился.