Не бесите Павлика

Опять издевается!

— Как же ты тут живешь? — ужаснулась я, — без света! Без связи с внешним миром???

— У меня есть фонарь, и не один, свечи, а без внешнего мира я прекрасно обхожусь.

— Так же нельзя.

— Почему? — пристально посмотрел на меня.

— Это же каменный век какой-то! Еду ты как готовишь?

— В печи.

— А холодильник?

— У меня подпол. В нем все прекрасно хранится.

— Продукты ты где берешь? — не сдавалась, в попытках найти хоть какой-то просвет во всей этой ситуации.

— Охочусь, — коротко бросил он, — на бизонов, на оленей. Мед в лесу добываю. Коза вон есть, молоко дает.

— На бизонов? — переспросила растерянно, — здесь водятся бизоны?

— Естественно! На днях только стадо большое прошло, — кивнул уверенно и громко отпил чай, не сводя с меня пристального взгляда.

— Ты издеваешься, да?

— Юль, хватит метаться. Садись, пей чай. Заодно поговорим спокойно. Меня, кстати, Павел зовут.

По привычке чуть не ляпнула «приятно познакомиться», но осеклась. Ничего приятного в нашем знакомстве не было. Совершенно. Одна нервотрепка и недопонимание.

Обошла козу, увлеченно общипывающую метлу, и с опаской подступила к столу, поглядывая то на мужика, то на псину, с интересом наблюдавшую за моим приближением.

— Не бойся. Он не кусается. Только обслюнявить может, — утешил меня бородач.

Я нервно сглотнула и села напротив него, тушуясь под пристальным внимательным взглядом. В коленку тот час ткнулся мокрый собачий нос.

— Ты…эээ…точно не маньяк? — уточнила с надеждой, хотя и понимала всю нелепость таких вопросов. Ни один маньяк не сознается в том, что он маньяк!

— Только если очень сильно разозлить, — усмехнулся он, и заметив, как я побелела и вцепилась в край стола, готовая вскочить и ринуться прочь, недовольно проворчал, — пей уже свой чай!

Я послушно взяла кружку, сделала глоток, но от волнения подавилась. Некрасиво закашлялась, чай пошел фонтаном через нос, градом потекли слезы.

— М-да. Умеешь ты мужика очаровать, — ухмыльнулся дровосек и протянул мне старенькое, застиранное до дыр полотенце.

Покраснела до кончиков волос, выхватила у него из лап тряпку и начала торопливо вытираться, а он продолжал меня рассматривать как нечто бестолковое и крайне забавное.

В этот момент мне очень захотелось подойти и треснуть ему по голове. Два раза. И плевать, что после этого он меня точно прибьет.

* * *Чай был на редкость невкусным. Словно взяли веник, которым в хлеву подметают, залили его кипятком и, даже не дав нормально настояться, плеснули в кружку. Гадость невообразимая.

Но я пила, потому что боялась рассердить дровосека. Даже пыталась не морщиться и не давиться — хотя очень хотелось.

Он тоже пил это пойло, и ему, в отличие от меня, оно нравилось. Наверное.