Не брак, а так

— А приехал бы раньше, не пришлось бы жену размораживать! — это один из подхалимов Яны отличился, Алиса даже не запомнила его имени."

"— Не завидуй, Петруша, — обманчиво мягким тоном ответил Герман. — И свое нерастраченное либидо направь лучше на дело, тогда не будешь ныть, что без годовой премии остался.

“Петруша” бросил на Литвинова взгляд, полный лютой ненависти, Алисе даже захотелось спрятаться за спиной мужа. Да уж, похоже, Герман и на работе “умеет” выстраивать отношения.

— Спокойнее, пацаны! — рассмеялся Игнат. — У нас туса как бы, а не производственное совещание.

Есть предложение немного расслабиться и поиграть.

— На раздевание?

— В покер?

— В шарады?

— Голышом по снегу? Так у тебя баня еще не готова…

Предложения сыпались как из рога изобилия, оно и понятно — народ уже наелся, культурно выпил, дом посмотрел, пообщался, теперь хотел развлечений.

Когда шум постепенно стих, раздался голос Ольховской.

— А можно поближе познакомиться друг с другом, — предложила она, улыбнувшись. — Вот вы, например, почти все из одного офиса, но наверняка, мало друг о друге знаете. Ну там разные секретики, которые объединяют…

Яна подошла к своему Красавину и томно вздохнула, положила голову на плечо мужчине, но смотрела она почему-то на Сабурова.

А Игнат смотрел на нее, чуть прищурившись. Это заняло каких-то несколько секунд, но словно целая жизнь промелькнула перед глазами.

— Хорошая идея, Ян, — Игнат задумчиво провел ладонью по густым волосам. — Так и будет. Я тут кое-что вам приготовил.

Алиса чувствовала себя ребенком, которому и любопытно, и страшно.

— Хочешь участвовать в этом балагане? — спросил Герман, усаживаясь на диван и не дождавшись ответа, усадил Алису к себе на колени.

— Что? — она попыталась вскочить, но Литвинов держал крепко. На его лице играла довольная улыбка. — Пусти!

— Зачем? — прошептал он, прямо в губы Алисе. — Должно же быть что-то приятное в этой клоунаде.

Сердце трепыхалось в груди как пойманная в силок птица. Вокруг двигали стулья, освобождая пространство для игры, которую придумал Игнат, но Алиса смотрела только на Германа. В его черные глаза, в которых плескалось… желание. Настоящее, неподдельное. А может, Алиса хотела в это верить.

Она было снова дернулась, но Литвинов лишь еще ближе притянул ее к себе. И вот теперь Алиса не только видела, но и чувствовала желание мужа.

— Сиди так, — выдохнул он ей в губы, и если бы Алиса не отклонилась чуть назад, то поцелуй был бы неизбежен. — А хочешь, поедем домой. Прямо сейчас.

Будь они вдвоем, Алиса бы уже вырвалась из его рук, да еще и накричала бы. А тут она бы выглядела просто идиоткой, которая не дает мужу к себе прикоснуться.

И Герман этим пользовался, уверенно держа ладонь на бедре Алисы.