Не брак, а так

Но когда Игнат поймет, что Литвинову плевать на жену, то успокоится.

Яна тем временем требовала отчета за каждую проведенную минуту с женой.

“Уймись!”, — коротко ответил Литвинов. И удивленно поднял голову…

“Слышу голос из прекрасного далека,

Голос утренний в серебряной росе…

Герман застыл. Такого он не ожидал. Нет, показалось, сказал он себе, но сам знал, что не ошибся. Прислушался, даже на пару мгновений прикрыл глаза, чтобы Алиса не отвлекала своим видом. Но и так идеальный слух Литвинова не мог ни к чему толком прицепиться. Пела Алиса очень чисто, голос был хорошо поставлен, но дело было не только в этом. Не столько в этом.

Алиса не просто умела петь. Она пела душой, чувствовала, что поет. Проживала каждую строчку.

Литвинов заслушался, даже проигнорировав настойчивую вибрацию своего телефона.

Они должны были петь вместе. Но Сабуров молчал. На его шкодливом лице не было и тени улыбки. Он не сводил взгляда с Алисы.

А она будто засветилась вся.

Только сейчас Герман заметил, что надето на его жене. Светлое платье делало ее фигуру совсем уж нескладной. Надо будет выбросить его к чертям! И почему мать ей не сказала переодеться?!

Алиса закончила петь, в зале повисла тишина. А потом гости как сумасшедшие начали аплодировать. Кто-то закричал “горько”.

И Литвинов увидел, как его жену жадно целует в губы Игнат Сабуров…

Глава 10

— … Ну и мы хряпнули! — Игнат ударил широкой ладонью по столу. Алиса невольно вздрогнула и Сабуров это заметил. — Ой, извини. Напугал, да?

В черных глазах сверкнуло искреннее сожаление. Такой большой и такой добрый. С ним было тепло и уютно. Алиса даже смогла расслабиться. Она никогда не встречала таких мужчин. Чтобы вот так с первого взгляда ощущать к человеку безусловное доверие. Наверное, Алиса опять ошибалась, но Игнат сумел вытеснить из ее головы все мысли о сидящем рядом Германе. Пусть хоть немножко, всего на несколько минут она почувствует себя нормальной девушкой рядом с сильным и добрым мужчиной. Который не унижает и не оскорбляет, не считает ее жалкой и уродливой. Не насмехается над ней. По крайней мере пока. Кто знает, может Герман что-то наболтает Сабурову и тот тоже станет на нее смотреть с презрением.

— Все нормально, — улыбнулась Алиса. — Я просто не очень люблю громкие звуки.

Игнат бросил на нее внимательный взгляд, но расспрашивать не стал.

— Ну так вот… едем мы по дороге, веселые такие, Анька за рулем, как единственная трезвая. Во всех смыслах. Да, Ань?"

"Та в ответ улыбнулась так по-доброму, как наверняка не умеет улыбаться Яна Ольховская. Алиса подумала, что ее не так уж и стесняет присутствие здесь “двойника” любовницы ее мужа. И все же простодушно спросила у девушки:

— А вы тоже отсюда? В смысле из нашего города?

— Нет, — ответил за нее Игнат.