Не брак, а так

Времени было уже третий час ночи, но Сабурова это не остановило. Новый номер Литвинова он давно узнал. На всякий случай.

“Это Бурый. Завтра увидимся”

Герман, похоже, не спал, ответил мгновенно: “ОК”.

Жене Сабуров ничего не сказал, но утром поехал не к себе в офис, а прямиком в контору Литвинова. Могли бы встретиться и на нейтральной территории, но Игнат хотел посмотреть на Геру, что называется, на поле боя.

Давненько он здесь не был. Года четыре, как ушел от Аркадия. Тогда запахло жареным, в компанию стали заходить мутные люди, которые начинали вмешиваться в процессы. Такого Игнат не любил, к тому же ему вовремя шепнули — у Литвинова новый “куратор” вместо погибшего Климова. И теперь все будет по-другому. Так и произошло. Но воспоминания об этом месте у Сабурова остались в целом приятные, он с любопытством оглядывался, внутри даже что-то дрогнуло, когда он прошел мимо своего кабинета. А в приемной сидела знакомая секретарша старшего Литвинова. Это хорошо.

— Привет, красавица! — он задорно подмигнул девушке, оставив на ее столе коробку дорогого крафтового шоколада, а сам, не спрашивая разрешения, толкнул дверь с табличкой “Генеральный директор”.

— Ну привет! — Игнат ухмыльнулся и шагнул вперед. — Доходяга!

Сабуров изначально выбрал немного хамоватый тон. Было любопытно как себя поведет Гера. Раньше его бесил малейший троллинг. Да и правду Игнат сказал — Литвинов как-то совсем исхудал. А вот взгляд не понравился. Жесткий. Как у оголодавшего волка.

— Привет! — Гера кивнул, но из-за стола не вышел и руки не подал. — Что ты хотел?

Голос какой-то бесцветный, без эмоций. Даже привычного раздражения Игнат не услышал. А ведь их последнюю встречу Герман точно не забыл.

— Решил сказать тебе “спасибо”, — в голосе Сабурова не было и капли признательности. — Не нужно было лезть к моей жене, Гера. Бабло тебе сегодня же вернется на счет.

Никаких прелюдий и обмена светскими любезностями. Никто из них даже не пытался соблюсти видимость приличий. Все предельно ясно с самого начала. Вот и Литвинов не стал валять дурака.

— Во-первых, это Алиса решила продать свою долю. Не я и не ты. А во-вторых, не тебе я эти бабки дал, не тебе их и возвращать. Это наше с ней дело.

— Она моя жена! Если тебе что-то от нее надо, обращайся ко мне. Ясно? — Игнат вернул Литвинову его же собственные слова, брошенные когда-то в порыве ревности.

— Я понял, не буду, — неожиданно легко согласился Герман, чем снова удивил Игната. — Слышал, ты на грани банкротства. Алиса просто хотела тебе помочь. А ты этого не ценишь. И потом…

Сабуров уже пожалел, что пришел. Похоже, его выдержка, которая прежде никогда не подводила, начала давать сбой.

— И потом, — продолжал Литвинов, словно лекцию читал.