Не брак, а так

— Ты хоть сама понимаешь, что несешь бред?! А брат? Он же здоровый лось!

И снова этот взгляд, полный страха и отчуждения.

— Пашка, когда был маленьким, обещал вырасти и спасти нас с мамой. А потом… сейчас он просто старается как можно реже попадаться на глаза папе. Однажды я услышала, как родители разговаривали в спальне. Папа плакал и просил прощения, обещал, что больше такого не будет, что он сам не понимает, как такое происходит.

В тишине раздался требовательный звонок мобильного телефона. Герман вытащил из кармана смартфон.

Яна.

Глава 28

Герман

— Это Яна, да? — бесхитростно спросила Алиса. И не дожидаясь ответа, продолжила. — Езжай к ней. У нее ведь день рождения завтра, и вы собирались вместе уехать.

Герман не выдержал ее прямого спокойного взгляда и отвел глаза. После всего, что случилось, Алиса его отпускала.

На самом деле он был здесь именно за этим — разобраться, что же сегодня произошло.

Звонок от Яны он сбросил.

— Откуда знаешь про ее день рождения? Как ты вообще оказалась в моей квартире?

Алиса широко распахнула глаза.

— Как? Так ты же сам сказал приехать! И я приехала! Ты… ты снова…

— Ничего я не говорил, — нетерпеливо перебил Герман. — Что за фантазии?

Он чувствовал, что намеренно повысил тон, потому что на самом деле ему было стыдно за то, как Алиса узнала про Ольховскую.

— Ты прислал мне сообщение, — тихо произнесла Алиса. — И я поехала.

Герману хватило несколько секунд, чтобы понять. Он до скрежета стиснул зубы. И все же попросил.

— Покажи телефон!

— Я не знаю, где он, — пожала плечами Алиса. — Наверное, в сумке. Я его выключила.

Через пару минут Герман уже держал в руке мобильный жены.

— Какой пароль?

— Твой день рождения, — ответила Алиса, чуть смутившись. — Число и месяц. Я скоро поменяю.

Все оказалось так, как она и сказала. На мобильном Германа, разумеется, все было стерто.

— Что тебе наплела Ольховская?

Алиса замотала головой.

— Не хочу говорить! Ты… ты живешь с ней там, да?! Как муж и жена? Она… она…

Герман увидел, как у Алисы и без того красные глаза снова наполнились слезами. Внутри у него что-то болезненно сжалось, ему вдруг стало жаль эту девочку, которая просто оказалась не в том месте и не в то время.

— Она…, — Алиса замолчала, а потом подняла на него взгляд. — Ты так сильно ее любишь, да?

Герман помедлил, а потом кивнул. Да, он любил Яну. И пусть эта любовь не всегда приносила ему счастье, была нервной и зависимой, отказываться от нее он не собирался.

— Янка, она… как часть меня уже, — зачем-то признался Литвинов. — Столько всего пережили вместе. Она всегда была рядом, несмотря ни на что.

— Ясно, — Алиса кивнула, словно и не ждала ничего другого.