Не чужие

Мой свитер оказывается задранным почти до шеи. Я ежусь под пристальным взглядом Давида. Он жадно рассматривает мою грудь. Я дрожу от волнения. Искоса посматриваю на дверь, понимая, что это мой последний шанс сбежать.

Матрас прогибается под весом мужчины. Я застываю и инстинктивно прикрываю руками грудь.

Давид, видя мое смущение, хрипло смеется. С вызовом смотрит на меня и сам расстегивает ремень, избавляется от брюк, оставаясь в одних боксерах.

— Не передумала? — спрашивает, когда тянется к пуговице на моих штанах.

Я качаю головой. С трудом сглатываю собравшуюся во рту слюну. Горло сдавило из-за волнения. Кажется, вот-вот у меня случится инфаркт.

— Поцелуй меня. — Тянусь к нему, желая как можно быстрее продолжить начатое. Пока и в самом деле не передумала. Потому что я уже на грани. Ведь еще утром совершенно другого хотела.

Сердце в груди колотит от страха и возбуждения, а между ног уже слишком мокро. Низ живота тянет от желания, полуобнаженный Давид в тусклом свете бра завораживает. Никогда еще не видела настолько идеального мужского тела, как у него.

Он медленно стягивает вниз по моим бедрам джинсы. От него не укрывается то, как сильно я дрожу. Теперь между нами лишь тонкая ткань моих трусиков и его боксеров. Он нависает надо мной, удерживая вес своего тела на локтях, и тянется к моим губам.

Целует, терзает, ласкает. Он проводит губами вниз по шее, щекоча тем самым мою кожу, освобождает меня от свитера и лифчика, терзает губами мой сосок, вызывая во мне очередную волну желания и трепета. Трется твердой эрекцией о мое бедро.

— Ты ведь понимаешь, что я уже не остановлюсь? — Отрывается от меня на мгновенье и всматривается в глаза, ища на их дне ответы на свои вопросы.

Я неопределенно качаю головой. В этот момент я уже не знаю, кто здесь пьян больше. Я или он. Потому что по ощущениям сегодня мной был уничтожен бар отца. Голова идет кругом, слова все застряли в горле, не могу сформировать ни одного связного предложения.

— Отлично, тогда держись, детка, — хитро усмехается он, пробравшись ладонью под мои трусики…

Глава 32. Лера

Я закрываю глаза, не в силах выдержать его взгляд. Давид прикасается к моему клитору, делает несколько круговых движений, проникает в меня сначала одним, а потом и вторым пальцем, и из моего горла вырывается вздох.

— Мокрая, — довольно заключает он, заставляя меня покраснеть.

Его пальцы внутри меня ускоряются, я бесстыдно раздвигаю ноги еще шире и подаюсь ему навстречу. Все перестает иметь значение. Даже обида на Давида, которую я копила в себе все это время.

Я начинаю ерзать бедрами, желая большего. Крепко ухватившись пальцами за простыни, подавляю крик, готовый вырваться из моего горла. Слишком сильное течет во мне возбуждение.