Край непуганых Буратино
Красота спасет мир, но погубит ваш кошелек. Виола Тараканова узнала, сколько денег хочет за свои услуги салон красоты, и рассердилась. Именно в эту минуту ей позвонила подруга Елена Калинина и сообщила о внезапной кончине своей домработницы Екатерины. Вилка помчалась к подруге и оказалась в клубке самых неприятных событий, ведь вслед за Катей в больницу отвезли почти всю семью Калининых! Виола и ее муж Степан выяснили, что все домочадцы отравились ядом редкого животного— амазонского двузуба. Отрава была в блюде из морепродуктов, которым семья ужинала накануне. Вся семья, кроме дяди Кирилла… Конечно, он первый подозреваемый, учитывая его криминальное прошлое. Однако даже видавшая виды Вилка была поражена в самое сердце, когда узнала, кто на самом деле злодей-отравитель!
Папа попытался слово вставить:
– Минни, я всегда дома ночую!
Мать в ответ ему ласково так:
– Утром в восемь уехал, ближе к ночи вернулся и в кровать шмыг! Спишь со мной в одной постели, не спорю. Храпишь. Но мы не общаемся.
И давай говорить, как она ценит время, которое муж с ней проводит, нахваливать отца.
Светлана опять взглянула на часы и вернула бутылку на место."
"– У нее манера такая, прежде чем вломить от всего сердца, сначала обласкать по полной. И чем дольше добрые слова говорит, тем глубже потом копье в печень воткнет. В тот раз она просто осанну пела. Я аж испугалась: что папа натворил? Неужели любовницу завел? На него это не похоже, но вдруг? И выяснилась правда. Квартиру в нашем доме Кирилл не покупал. Папа ее приобрел на его имя. Мало того, он ему еще и клинику подарил, в ней пока ремонт делают. Его брат решил вернуться в Москву, потому что у него дела не очень хорошо шли. Люди к нему не спешили, а в столице сейчас гомеопаты в моде.
Глава девятнадцатая
Мне стало жалко Лену.
– Представляю, как Минни расстроилась. Денег она никогда не жалеет, но то, что муж все проделал без совета с ней, определенно ее обидело.
– Ты хорошо знаешь маму, – отметила Света, – она спросила: «А почему ты мне ничего не сказал?» Папа понес ерунду всякую, вроде он не хотел, чтобы она нервничала. Мама молча выслушала его и тихо так поинтересовалась: «Андрюша, почему ты мне врешь?» Отец осекся, потом попытался спасти ситуацию:
– Солнышко, я всегда говорю тебе правду, даже если она неприятна. Никогда не лгу.
– Не лгал, – поправила его мама, – а сейчас начал. Меня это удивило. Что не так с Кириллом? Почему ни ты, ни Лидия Николаевна, ни Василий Петрович о нем никогда не упоминали? Твои слова про увлечение брата гомеопатией – неловкая попытка объяснить ситуацию. Согласись, странно вычеркивать из своей жизни члена семьи из-за такой ерунды. Да, возможно, конфликт возник на этой почве, и Кирилл уехал из Москвы. Допустим, что пару лет со старшим сыном не общались, но потом острота разногласий должна была притупиться, а отношения восстановиться. Пусть они остались бы прохладными, но остались. А что у нас? У Василия Петровича юбилей. Со всех концов страны приехали его ученики и коллеги. Мы с тобой были в центре внимания, Света, Никита тоже. А про другого сына молчок. Или возьмем нашу с тобой свадьбу. Где был Кирилл? Ладно, это праздник, может, он их не любит. Но кончина родителей! Ни на похороны отца, ни на похороны матери Кирилл не прилетел. Смерть убирает все недопонимания, порой даже злейший враг стоит у гроба умершего. А тут? Не лги! Если не доверяешь мне, так и скажи: «Есть некая тайна у Калининых, тебе о ней знать не следует, боюсь, ты ее разболтаешь».
– Секрет есть, – очень тихо согласился отец.
Светлана закрыла лицо руками.