(Не) измена. Ребенок от бывшего мужа

– Я не могу больше здесь быть, Люд, я внизу подожду… Хватит, что накидала в чемодан… мне хватит…

Поворачиваюсь и выхожу из комнаты. Людка мне что-то кричит вслед, но я не слышу, спускаюсь вниз и надеваю первое попавшееся пальто и жду у входной двери.

Людка появляется быстро, в руках тащит два чемодана, на спине рюкзак. Мне все равно, что она взяла, а что нет.

– Сумку свою возьми, документы, паспорт в ней? – спрашивает деловито.

Киваю и забираю миниатюрную черную сумочку, тянусь за ключами от дома, которые лежат рядом на тумбочке, а потом вдруг словно спохватываюсь и отдергиваю руку, будто обжигаясь.

Это уже не мои ключи и не мой дом…

Открываю дверь, и мы выходим, подруга бросает мои вещи в багажник, а я проскальзываю на переднее сиденье ее автомобиля, меня знобит.

Спустя пару минут Люда садится рядом и заводит двигатель. Я глаза закрываю и откидываюсь на сиденье.

Ничего не хочу. Ни видеть. Ни слышать. У меня внутри словно пробоина, дыра и корабль моей души подает сигналы бедствия, идет на дно…

Может, я немного и засыпаю, как вдруг ощущаю, что машина тормозит и Людка лезет ко мне в сумочку.

– Янка, ПИН скажи от карт своих, – опять доходит до слуха ее серьезный голос.

– Что? – спрашиваю, с трудом разлепляя глаза, какое-то у меня состояние дикой сонливости, видимо, стресс сказывается. – Зачем?

– Надо денег снять, пока твой ненаглядный твои кредитки не позакрывал, хотя, может, уже, черт их разберет, богатеев этих…

– Люд, мне не нужно ничего… – повторяю, как мантру.

– Может, и не нужно, но уделать подлеца надо. Да и жить на что будешь?! Первое время хотя бы… В общем, ПИН скажи, заодно и проверим, насколько капитальный подонок твой бывший.

Называю цифры. День и месяц нашей свадьбы."

"И слезы текут ручьем. Сил нет ни на что и на то, чтобы спорить, тоже.

Услышав дату, подруга поджимает губы и мотает головой. Опять с жалостью смотрит, а я отворачиваюсь к окну.

– Я сейчас вернусь, Ян, не реви.

Опять выдает бодро и уходит, прихватив сумку. Возвращается через минут десять и улыбается мне, весело подмигнув.

– Не успел твой Мишаня карточки закрыть. Видимо, занят с Тиночкой своей. Ну ничего. Моральную компенсацию ты получила весьма и весьма неплохую, на первое время хватит, а там видно будет…

– Видно будет… – повторяю и опять руку на живот кладу.

Ощущаю тепло. Там внутри меня зародилась жизнь, и возможно, прагматичная Людмила права. Мне нужны деньги. Пусть не для себя. Для себя бы я ничего не взяла, но теперь я не одна, мне о малыше своем думать нужно…

И пусть так. Пусть его отец, не зная, поможет собственному ребенку…

Слезы опять набегают на глаза.