Лайк за любовь (СИ)

— Маша… — всхлипнула я, — прошу…

— Прости-прости, — виновато затараторила она, — я просто… — в комнате повис ее тяжелый вздох. — Козел он, короче…"

"— Маша-а, — я снова начала задыхаться от удушающего взгляда разноцветных глаз у меня в подсознании.

За моей спиной тихо закрылась дверь, а мое лицо уткнулось в подушку, которая за одну ночь впитала такое количество воя и стонов, что могла уже просто резонировать ими.

Час. Два. Три. Я не считала, сколько кубометров слез влилось в мою постель, но надежда, что душ поможет хоть немного восполнить запасы жидкости в организме, заставила доползти до ванной. Мои пальцы прикоснулись к практически зажившей татуировке. Боже, как мне хотелось ее стереть, вырезать или зачеркнуть черными линиями, чтобы не видеть ее контуры и перестать ощущать связь с тату на его теле. Обжигающие капли не особо приводили меня в чувство. Лишь немного подтолкнули к решению, что нужно все-таки вернуться в дом к бабушке и собрать оставшиеся вещи, чтобы окончательно пеерехать к Маше. Да и жить по факту мне больше было негде. Оставаться в бабушкином доме — равно мазохизму, слишком много пронизывающих воспоминаний.

Я все делала на автомате: душ, одежда, телефон, такси. Вновь включенный мобильный молчал, поэтому поездка до посёлка прошла в относительной тишине, под монотонный гул радио. Но каждая молекула моего тела налилась свинцом, а боль под ребрами сдавила легкие так, что я застонала и вцепилась пальцами в спинку пассажирского сидения, когда увидела знакомый черный кроссовер перед бабушкиным двором.

— С вами точно все в порядке? — таксист подозрительно покосился на меня, а потом и на черную машину.

«Со мной уже никогда ничего не будет в порядке», — я едва нашла в себе силы кивнуть и вышла из такси.

Каждый мой шаг, каждое движение было пыткой. Я извивалась внутри от запредельного для меня ощущения боли, продолжая делать каменные шаги вперёд мимо кроссовера. Боковым зрением я выхватила движение возле машины. Вдох. Боль. Выдох. Шаг. Боль. Шаг. Вдох. Боль. Хотелось ускорить шаг, но не вышло. Он уже был слишком близко.

— Не смей! Не трогай! — мой истошный крик заполнил пустую улицу, когда меня с грубой силой дернули за запястья.

— Ты будешь со мной разговаривать. Хочешь ты этого или нет, — стальной тон родного голоса легко давил меня морально.

Особо не церемонясь, Егор волоком потащил меня к своей машине. Я умудрилась легко выдернуть свою ладонь из цепных оков, но не успела шагнуть от него и на миллиметр, как меня обхватили спереди ручищей, жёстко прижимая спиной к своей груди и выдавливая остатки кислорода из моих легких.

— В этот раз ты не сбежишь, — хрипло зашипел он прямо мне в ухо, пока я бесполезно брыкалась ногами в воздухе.

От него шел дикий запах сигарет.